Шторм

Крог явно не собирался противодействовать представителю закона.

– Его у нас все знали.

– Да, я уже понял.

– Алкоголь, – Крог наморщил нос, как будто вспомнив запах плохого самогона. – И драки. Где бы ни была вечеринка, он обязательно там всплывал и устраивал побоище.

– У него было два сына, – Рино попытался направить разговор в нужное ему русло.

Старик отрешенно смотрел в потолок. Возможно, перед его глазами все еще стояли картинки деревенских праздников прошлого.

– Вы их помните? Один был болен, сидел в инвалидном кресле.

– Кресло, да. Помню.

– Его звали Руаль.

– Руалы…

– А его брата – Оддвар. Около года разницы.

– Боа?

– Оддвар, – Рино попробовал снова.

– Если мы говорим о сыне Элдара Стрёма, все звали его Боа.

– Как мне рассказывали, тот еще сорванец?

Крог перевел на инспектора заинтересованный взгляд.

– Боа был подонком.

– Вы его помните?

Старик кивнул.

– Шастал везде. И в Киркефьорде тоже. У меня была маленькая ферма, – Крог снова наморщил нос.

– Это сделал он?

– Так говорили.

– Но он не признался?

– Признался, он этим и промышлял. Где бы он ни появлялся, тут же всплывала какая-нибудь дьявольщина.

– Вы с отцом пытались поговорить?

– Другие, еще до меня, пытались. Ему было плевать.

– Этот Боа пропал за несколько недель до той штормовой ночи, когда погиб отец.

– Пропал? – Крог был искренне удивлен.

– Так говорят.

– Он шастал повсюду. Наверняка промышлял каким-нибудь очередным воровством.

– Вы что-нибудь помните о той ночи?

– По ночам часто штормит, – Крог одернул рубашку. – Живешь в Киркефьорде, привыкай к непогоде.

– Мальчик в инвалидном кресле тоже погиб в эту ночь.

Старик снова оживился.

– Я помню, – сказал он. – Он скатился в море и утонул.

У Рино были другие сведения, но он решил оставить Крогу ту версию истории, с которой он прожил больше пятидесяти лет.

– Да. Но его брат – этот Боа – он так и не появился.

– Правда?

Рино снова удивился тому, что исчезновение мальчика не вызвало никаких разговоров или слухов:

– Да, Руаля так и не нашли, Оддвар навсегда исчез.

– Думаю, никто о нем особо не скучал. О Боа. Может быть. Люди, очевидно, подустали от этого хулигана.

– Вы знаете что-нибудь о том, что отец жестоко обращался с сыновьями?

Крог снова облизал губы.

– Пожалуй, так.