Возрождение Феникса. Том 6

Князь удерживается на ногах, не падает ниц, но глубоко склоняет голову в великом почтении:

- Прости меня, Огнебог! – покаянно просит. - Временами я был дерзок с тобой и считал тебя ребенком. Я подумать не мог.

- И не должен был, княже, - огненная шерсть Симаргла спадает с меня, от атрибутки Огнепса остаются лишь крылья. Еще Змей продолжает обвивать мою шею со своим «шшшш». – Всему свое время. Вот оно и наступило – твое время откровения.

- Спасибо, Сварожич, - слезы стоят в глазах Волконского. – Я никому не выдам твой секрет.

- Это ты верно заметил, Аркадий Валерьевич, - усмехаюсь. – Моя божественность – великий секрет, и никто не должен знать, кроме мною лично посвященных. Ты один из них.

- Спасибо за доверие, Огнебожич, - князь осеняет себя кругом Сварога. Потом он несмело спрашивает. – А дочь моя Анфиса знает?

- Нет, - я немного удивляюсь. – Княже, а чем вызван твой вопрос?

- Надеждой, - вздыхает Аркадий. – Меня осенила мысль, что, возможно, вы уже близки как никто другой. Общаетесь ведь часто, и дочка без ума от тебя, так вдруг и тайну твою знает, а там и под венец и можно, для большей конспирации, - подмигивает Волконский.

Тьфу ты, Отец-император! Князь, едва узнал, что я бог, как сразу же захомутать в зятья решил. Ну что за люди?! Приспособился к ситуации, называется.

- Нечего и так подозревать, княже, - отмахиваюсь я и поворачиваюсь к дрожащему на коленях грузину. – Мосэ Беридзе, поднимись с колен. Раз ты веришь в Сварожичей, раз ты приобщен к правильной вере славян, то блюди собственное достоинство.

Грузин сглатывает ком в горле, у него не выходит, и яростный кашель сотрясает мужчину. Трясясь, будто под ударами автоматной очереди, Мосэ все же встает и горбится, жмурится. Я жду, когда он успокоится.

- Что ты сейчас видел, Мосэ Беридзе? – строго спрашиваю, когда грузин перестает кашлять. Огненный Змей вытягивает морду к грузину и едва не цапает его за нос:

- Шшшш…

Мосэ отшатывается, выпучив глаза.

- Вы превратились в Огнебога, - верещит грузин.

- Значит, Симаргл, Ярила, Царь-Огонь… Так кто же я, по-твоему, Мосэ Беридзе? Как меня зовут?

- Я не знаю, - вздрагивает грузин. – Простите!!! Вы же не можете же быть ими всеми?!

- Нет, я новый бог, Мосэ Беридзе, - поднимаю Серп, и оружие превращается в облако красного искрящегося дыма.