Снова в школу

— Можно узнать, зачем ты это сделал?

— Если думаешь, что я хотел специально тебя облить, чтобы насладится зрелищем твоих прелестей, которые так эротично были обтянуты мокрой тканью, то ты явно себе льстишь, потому что у меня и в мыслях не было ничего подобного. Более того, я вообще не думал, что ты сегодня почтишь меня своим присутствием. Решил потренироваться в призыве дара, и вот такой конфуз получился.

— Да уж, — протянула Софья. — Но все равно не понятно, как ты такое большое количество воды сумел организовать, словно какой-то стихийник?

— Не знаю, так получилось, наверное, здесь какая-нибудь лужа имеется, из которой я воду и позаимствовал, ну, или канализация протекает, как вариант, — она бросила на меня гневный взгляд, но ничего не сказала.

— Кстати, а кто такие эти стихийники? Я встречал упоминание о них в учебнике по истории, но мне было лень искать дополнительную литературу, чтобы понять, что это за фрукты, и с чем их едят.

— Лень ему, — Софья фыркнула. — Многим лень, ты не единственный такой уникальный.

А стихийниками назывались те представители древних княжеских родов, кто мог напрямую обращаться к стихиям, которые откликаются на родовой призыв. Это конечно сказки, но они вроде бы могли творить магическое действо без каких-либо преобразований, просто манипулируя частичками изначальных стихий.

— Разве такое вообще возможно? — пробормотал я, невольно вспоминая свое состояние и в душе и несколько минут назад, когда я в то состояние транса впал непонятно почему. Наверное, для меня кодовыми словами являются фьючерсы и первоначальный капитал.

Их оказалось вполне достаточно, чтобы я дар на автомате запустил.

— Я же говорю — сказки. Хотя, хроники утверждают, что клан последних императоров был одновременно кланом последних стихийников, — Софья вытащила из кучи какую-то веревку с навязанными на ней в разном порядке узлами, долго рассматривала и уже хотела было бросить в мешок, но тут я протянул к ней руку.

— Отдай мне.

— Зачем она тебе? — Софья недоуменно посмотрела на меня. — Это же кто-то явно прикалывался, пытался узловое письмо составить.

— А вдруг оно древнее? — поддел я ее, забирая веревку и наматывая ее себе на руку.

— Ну, не знаю. Тогда у наших древних предков была где-то спрятана машина времени, потому что веревка вполне себе современная, — Софья покосилась на меня, а я же почти минуту смотрел на нее, прежде чем тихо произнести.

— Слышь, Волкова, я хочу у тебя попросить об одолжении, — я, взвесив все «за» и «против», покоился на нее.