Снова в школу

— Да я разве что-то против говорю? Не знаю, как бы я вел себя на твоем месте, — я кивнул, услышав ответ. После этого уже привычным движением закинул автомат на плечо.

— Их осталось одиннадцать. Шестерых я положил в главном корпусе, троих на полигоне. Да, и еще, им кто-то помогает. Кто-то из своих. Почему-то я думаю, что этим предателем может оказаться секретарша Викентия. Слишком уж много фактов на нее указывает.

— Это почти, как убийца-дворецкий, — покачал головой Гриня. — Во всей этой истории слишком много странностей, чтобы делать однозначные выводы.

— Да, ты прав. Вот только усложнять тоже не надо, — увидев на его лице скепсис, я поморщился. — Ладно, если она сразу же не начнет в нас палить, потому что мы оба находимся в списке на ликвидацию, или как-то еще не покажет своего истинного лица, я ее сразу же убивать не буду и честно начну разбираться. А сейчас, пошли в кампус. Может быть, еще застанем там хоть кого-нибудь в живых.

Глава 19

К воротам, охраняющим территорию кампуса от нежелательных визитов личностей, не имеющих отношения к школе, то есть не являющихся ни учащимися, ни преподавателями, мы с Гриней подбежали уже минут через десять после того, как выбрались из зоны посещений.

Луч-идентификатор привычно скользнул по предъявленным дельтам, и ворота весьма неохотно, как мне показалось, начали отворяться. Внутри у меня образовалась какая-то звенящая пустота, но, как ни странно, мысли стали предельно ясными, в голове не осталось ни следа усталости или сонливости, все предельно ясно и просто: там враг и он должен быть уничтожен. Такая вот своеобразная установка, которая позволяла на время забыться и не думать, не представлять себе, не осознавать. Потом мне будет плохо, но это потом, а сейчас нужно дело делать, чтобы банально не свихнуться.

Лоза шевельнулась в нашем направлении, но быстро потеряла интерес к очередным ученикам школы, коих видела на своем веку, точнее в течение нескольких столетий, великое множество, и замерла всего лишь декоративным элементом узора ворот, обманчиво совершенно безобидным.

— Столько лет уже прохожу мимо, а все равно пробирает, — Гриня передернул плечами, входя в открывшийся проход. — Прямо до костей.

— А кое-кого не просто пробрало, а прибрало. Причем конкретно со смертельным исходом, — ответил я, останавливаясь и задумчиво разглядывая лежащее в паре шагов от дорожки тело в камуфляже. Присев рядом, увидел рваную рану на щеке, словно ему кто-то в это место ткнул острым штырем.