Снова в школу

Террористы, приготовившиеся уже зайти к попятившимся парням, оглянулись на поднятый мною шум и тут защитное поле несколько раз мигнуло и погасло, а из тумбы посыпались искры и раздалось недовольное жужжание.

Выстрелы и сгустки неоформленной силы полетели в разные стороны одновременно. Я успел выстрелить несколько раз, но потом вынужден был спрятаться, чтобы не попасть под выстрелы и дружественные заклятья, которые быстро сориентировавшиеся спортсмены принялись кастовать с очень большой скоростью. Молодцы, что уж тут сказать.

Тишина наступила как-то сразу. Еще вокруг все громыхало, на стенах появлялись потеки какой-то гадости, которая чуть заметно фосфоресцировала и была ядовита даже на вид, а пол то покрывался льдом, то от него шел пар, как в хорошо протопленной бани. Да вдобавок пули, которые не просто летели в мою сторону, но еще и постоянно рикошетили от лишенных защиты предметов, которыми был заполнен полигон под завязку. И вдруг наступила тишина.

— Эй, кто ты там? Я тебя не рассмотрел, — раздался усталый голос Грини. — Выходи, эти все... И, да, спасибо тебе огроменное. Если бы ты общую защиту не снял, мы бы не смогли ничего предпринять, и нас просто всех бы перестреляли, ну а так...

Сидеть за тумбой, из которой все еще сыпались искры, было по меньшей мере глупо, и я вышел, одновременно призывая дар, который сконцентрировался на моих руках, не формируясь ни во что законченное, и передергивая затвор автомата.

— Гриня, это же Савельев, — вперед вышел один из парней, в котором я сразу же узнал ведущего игрока нашей сборной. — Сава, что вообще происходит? — его голос звучал устало, а еще в нем слышались нотки паники.

— Да кто бы знал, — я поставил автомат на предохранитель и закинул его за спину. Отпуская призванный дар. — Единственное, что мне известно — Викентий убит, школа захвачена, сколько захватчиков не знаю, могу только предположить. Ах, да, у них есть какой-то список, согласно которого они должны зачистить часть учеников.

— Про список мы в курсе, — к игроку прихрамывая подошел Гриньков. — Один из этих нам любезно сообщил о нем, когда говорил, что нам всем необязательно дохнуть, достаточно мне и Саньке Высину выйти и позволить себя немножко расстрелять, а остальные трое в таком случае выживут. Пойдут в кампус и посидят пару часов в своих комнатах под замком, а потом забудут все, как страшный сон и будут жить дальше.