Снова в школу

Объяснялся данный феномен очень просто: сквозь окна поступало немного света, да и окно было всего одно в конце коридора, а лампочек не было, их тупо разбили, возможно даже расстреляли.

— Ну точно, здесь полных придурков оставили, пробормотал я себе под нос, с любопытством разглядывая покореженную дверь медпункта. Складывалось ощущение, что ее топором рубили, желающие попасть внутрь любители медицинского спирта или чего-нибудь такого же забористого. Дверь скрипнула, качнувшись на одной петле. Я слегка подтолкнул ее рукой и.

— А-а-а, убью, твари, шавки поганые! — от неожиданности я резко отшатнулся, выпустил из рук Эльзу, нога которой тут же подвернулась, и она упала на пол. Я же сумел отклониться от направленного прямо мне в сердце остро заточенного и блеснувшего в быстро исчезающем свете лезвия скальпеля. Из двери прямо на меня выпрыгнула Любовь Ивановна, в одной руке держащая скальпель и вполне уверенно им махавшая, а в другой бутыль с чем-то мутным, вязким и очень опасным даже просто на вид.

— Ох ты, епт, — и я пригнулся, пропуская очередной удар над головой.

— Оу-у-у, моя нога! Чтоб вас обоих понос прихватил, когда вы снотворное выпили!

Как ни странно, но именно заковыристое проклятье Эльзы привело Любашу в чувства. Она остановилась, тяжело дыша, и оглядела нас пристальным взглядом.

— Савельев, Бойнич, а вы здесь откуда? — наконец, медленно спросила медичка.

— Из подвала, — я выпрямился и невольно поежился, глядя на зажатый в Любиной руке скальпель. Она очень странно его держала, почти как ручку, будто не резать меня собиралась, а писать на моем теле.

— И слава Богу, — Люба еще раз нас осмотрела и кивнула на покореженную дверь, ведущую в ее царство.

Закинув автомат за спину, я просто и без затей подхватил Эльзу на руки, к счастью весила она немного и идти было не долго, и прошел в местную больничку, где сгрузил девушку на ближайшую кушетку, а сам повалился на первый попавшийся стул.

Пока Люба осматривала Эльзу, она довольно эмоционально, не скупясь на идиоматические выражения, поведала то, чему она стала свидетельницей.

Нападение произошло в тот момент, когда она генералила малую операционную. Выстрелы слышала, словно издалека, и их вполне можно было принять за салют, или что-то в этом роде.