ЧВК "Пересвет". Книга вторая

Мы выбрались из экзоскелетов, достали армейские сухпайки, питьевую воду и как следует перекусили.

— Нам пора, — сказал я, нехотя забираясь в свою броню. За сутки непрерывного использования от моего термокосюма начало попахивать потом, что изрядно меня раздражало, но сделать с этим я ничего пока не мог.

Мы проверили свои пулеметы, подствольные гранатометы с кумулятивными зарядами, и направились к воротам.

Вьюга не то, что не прекратилась, а наоборот, набирала силу. Если несколько часов назад это было для нас проблемой, то теперь играло на руку.

— Детонатор готов? — поинтересовался я.

— Обижаете, ваша светлость! Меня хлебом не корми, дай чего-нибудь взорвать.

Ворота мы решили закрыть для того, чтобы хоть немного усыпить бдительность противника. База и без того пропустила сеанс связи с группировкой, сторожащей первую прореху.

Виталик нажал на клавишу и створки ворот начали сдвигаться. Я прошёл спокойно, а вот моему подчиненному пришлось поторопиться, чтобы успеть.

Ворота за нашей спиной закрылись с гулким ударом.

От отряда Софии не осталось и следа, причем в буквальном смысле — снег и ветер постарались на славу, заметя направление их исхода.

Нам предстояло сделать то же самое — избавится от собственных следов, причём за более короткое время. А лучший способ избавиться от следов — тупо не оставлять их!

— Разделяемся!

Я сделал длинный прыжок в сторону, Виталик последовал моему примеру, только в другом направлении. В экзоскелетах мы без особых усилий прыгали на пару десятков метров.

В несколько прыжков мы отдалились от уже закрытых ворот на метров двести — Виталик по одну сторону, я по другую.

В качестве укрытия мне приглянулись несколько небольших сосен. Я устроился за ними и вскоре превратился в сугроб.

Виталик и вовсе плюхнулся в глубокий снег плашмя и через несколько минут стал неразличим.

Время в ожидании тянулось чертовски медленно. Мне приходилось понемногу отгребать слег от шлема, чтобы обзор оставался открытым.

Наконец я почувствовал приближение шагоходов — мёрзлая земля чуть подрагивала от их тяжёлой, мощной поступи.

Вскоре разведывательный отряд противника появился в зоне прямой видимости — сначала нечёткие силуэты в летящем снегу, потом всё чётче и чётче.

Вскоре я мог различить, что три машины из четырёх оказались шагоходами-штурмовиками, а вот четвертая была вовсе не шагоходом, а чем-то вроде десантной машины на воздушной подушке.