Воздушные фрегаты-2. Пилот

И еще, Виктор, пойдешь в ученики к Игнату Вахрамееву, пусть тебя натаскает толком… Мы с ним о том уже уговорились. Все ясно?

- Так точно, командир! – разом подскочили оба и прогорланили как на плацу перед строгим начальством.

- Свободны. Идите ужинать.

- Легко отделались, – шепнул другу Март, – можно сказать, прошли «на изи»[3].

[1] Ходя – презрительная кличка китайцев.

[2] Impressionable nature (англ) – впечатлительная натура

[3] Easy (англ) – легко (сленг русских геймеров)

Глава 5

Его превосходительство Василий Васильевич Зимин нагрянул к младшему брату ближе к вечеру, когда он со своими воспитанниками собирался ужинать.

Кухарка, как и прочая немногочисленная прислуга успели покинуть коттедж, но чай капитан всегда заваривал сам, а с остальным успешно справлялись ребята. Тем более, все, что им было нужно – это подать приготовленные блюда, да помыть посуду после трапезы. Можно было, конечно, оставить ее до утра, но грязь в этом доме не терпели ни в каком виде.

- Кто бы это мог быть? – удивленно поинтересовался Витька, водружавший на стол соусник, услышав, как совсем рядом затормозили несколько автомобилей.

- Надеюсь, не наши маньчжурские друзья, – вполголоса буркнул Март, но Зимин его все-таки услышал.

- Поверь, «Золотому клану» сейчас совершенно не до нас, – скривил губы в еле заметной усмешке Владимир Васильевич.

Сам хозяин дома не проявил по поводу гостей ни малейшего беспокойства и через минуту Колычев со стыдом сообразил, в чем тут дело. Его наставник привычно скользнул в «сферу» и уже знал, кто направляется к ним.

- Володька, ты где? – вопросил кто-то сочным басом с порога, и через пару секунд в гостиную буквально ввалился самый настоящий генерал.

Седовласый, но еще крепкий мужчина с задорным взглядом из-под кустистых бровей был по-кавалерийски немного кривоног, но двигался при этом мягко и грациозно подобно хищному зверю, втянувшему до поры грозные когти в мягкие подушечки лап. Портрет дополнял обильно украшенный золотым шитьем мундир с эполетами и орденами, шаровары с желтыми лампасами, блестевшая лаком портупея с шашкой, эфес которой украшал муаровый темляк с кистью.

Папахи, правда, не было, но ее с успехом заменяла фуражка с кокардой. Но, пожалуй, больше всего запомнились Марту роскошные и очень ухоженные, пусть и совершенно белые, «буденовские» усы.

- Здравствуй, Василий Васильевич, – радушно поприветствовал старшего брата капитан. – Благополучно ли добрался?

- А что мне сделается, – хохотнул тот, и они крепко обнялись.