Горыныч 3.0. Тайны Рода

Словно кто-то специально задался целью уничтожить если не мир, то существующий порядок вещей, — поделилась своими мыслями княжна Ожега, вновь отвлекая от гадания, и они ещё несколько долей рассуждали об этом.

— Основная функция гадания состоит в том, чтобы выбрать наиболее актуальный и активный аспект жизни, которому будет посвящён, например, будущий год. Сосредоточиться на успехе и достижении, сонастроиться с желанным жизненным путём сначала мысленно, а потом и вытянув символ с актуальным значением, как бы делая первый шаг в своё лучшее, «загаданное» будущее, — наконец дала княжна Озара последние наставления и объявила: — Я буду за хозяйку.

— В смысле? — уставилась на неё Юлка.

— Буду держать блюдо и раздавать предметы-знаки.

— А-а-а, что-то вроде вóды, — во всеуслышание объяснила себе Юлка. А Радмилле захотелось скорчить брезгливую гримасу, чего она, разумеется, сделать себе не позволила. Она и так нервничала, и не хватало себя как-то выдать.

Княжна Озара накрыла платком блюдо с предметами, встряхнула хорошенько, перемешивая.

«Куют кузнецы золотые венцы.

Молодой кузнец, скуй мне венец —

Ехать под венец.

Млада!

На этом венце я обвенчаюся,

На этом кольце я обручаюся.

Млада!

Кому поём — тому добро,

Правда сбудется, неминуется.

Млада!»

— Кому? — спросила княжна Озара, когда песня закончилась.

— Мне! — первой воскликнула княжна Оляна, и княжна Озара вытащила из-под платка золотое колечко, на которое Радмилла старалась не смотреть слишком пристально.

— И что это значит? — спросила Юлка, хотя этой лободырной только что объясняли, что каждый предмет означает.

— Скорое замужество, — ответила Озара. — А песня считалась своего рода данью богине Ладе. И пусть богини, как и других, не стало вместе с падением Прави, но её заветы почитаются народами Нави по сей день.

И затянула следующую подблюдовую песню, которую остальные подхватили:

«Ещё ныне у нас темны вечера

Да колядные.

Леля, Жива, Денница.

Мы не песню поём,

Хлебу честь отдаём.

Леля, Жива, Денница.

Кому эта песенка достанется,

Тому сбудется, не минуется!

Леля, Жива, Денница.

Тому жить бы богато,

Ходить хорошо.

Леля, Жива, Денница».

— Кому? — снова спросила княжна Озара.

— Мне! — пискнула Юлка, поперёк старших княжон, и уставилась на протянутый ей клочок бумажки, так и не начав расспросы про Лелю, Живу и Денницу, а то бы ещё час болтали.