Сокрушая великих. Том 2

– Я неоднократно путешествовал таким способом, – подал голос Божко, – он довольно… ммм… экстремален. Зато быстро доставляет вас на место.

Цилиндр вздрогнул, судя по моим ощущениям, он оторвался от земли. Иллюминаторов в капсуле не было, но я догадывался, что нас «заряжают» в торчавшую на площадке трубу.

Из-за стенок капсулы раздался нарастающий свист, неприятно резанувший по барабанным перепонкам. Каждый болтик, каждая клепка цилиндра начала мелко вибрировать. У меня застучали зубы и только я сжал челюсти посильнее, чтобы унять эту неприятную вибрацию, как под нами что-то взорвалось.

По крайней мере в первые мгновения я так и подумал. Ощущения были примерно сравнимые с теми, когда возле тебя взрывается крупнокалиберный снаряд и тебя от души лупит ударная волна!

Зрение пропало через секунду, я сидел вперед лицом по направлению движения и из-за быстрого оттока крови от глаз, я ослеп. Но успел заметить, что капсулу вроде как не разнесло в клочки, хотя хрустела она корпусом оглушительно. К какофонии разнообразных звуков добавились вопли Яна и крики Энн.

Теодор, как и я, вроде бы воздержался от того, чтобы заорать. Да и честно говоря, орать было тяжеловато, перегрузка бетонным блоком навалилась на грудь.

«А я хотела предложить установить вам в обязательном порядке импалнты первой помощи, но у тебя же теперь есть суперспец, которому ты доверяешь», – появилась Альта и мне стало понятна причина ее долгого отсутствия. Оказывается, в ней взыграла профессиональная гордость и обида, что при выборе улучшений я с ней не посоветовался.

Сил спорить с антланткой не было. Да и зачем спорить с очевидными вещами? Были бы у меня деньги, я бы однозначно и себе и всей команде купить медицинские импланты, стабилизирующие состояние организма. И происходящее как раз наглядный пример их необходимости, мое сознание под перегрузкой балансировало на краю обморока.

Сколько продолжалась эта пытка, я не знаю. Время текло странными рывками, даже сердце мое работало в рванном темпе, то ускоряясь, то, кажется вообще забывая биться.

Навалившая на грудь тяжесть исчезала неторопливо. Сначала я перестал чувствовать, как скрипят мои ребра, потом начал дышать без усилий. Муть в голове прояснилась, и я увидел своих бледных, хватающих ртами воздух, товарищей.

– Все живы?

– Мне нехорошо. Я уже пожалела, что взяла самый дешевый тариф, – пискнула Энн.

– Что ты сделала?!

– Сэкономила. Нам перед вылетом за отдельную плату могли вколоть специальные препараты.