Возвращение ликвидатора. Новые игры #2

Ноябрьские Игры, слыхали про такие? Ну и отлично. Я чего пришел-то? Узнал, что у моего друга и сокомандника возникли какие-то проблемы. И решил помочь в их разрешении. Вы ведь тоже в этом заинтересованы, господа?

Когда я сказал про команду и Игры, Фурсов бросил на меня изумленный взгляд. Но я его проигнорировал, полностью сосредоточившись на седом Воине. А тот буквально поедал меня глазами. Его сбивал с толку мой внешний вид. Точнее, тот факт, что подросток, у которого только только пушок на щеках начал превращаться в щетину, ведет себя, как опытный переговорщик.

— Твой дружок должен нам кое-что сообщить. — наконец сказал он.

— Имя того человека, который его нанял, верно? — тут же подхватил я. — Боюсь, он не сможет помочь. Дело даже не в том, что он не хочет этого сделать — попросту не может. Сделка была совершена дистанционно. И раз мы с этим разобрались…

Нет, я, конечно, и не надеялся на то, что они сразу же воскликнут: "А, ну тогда ладно, чеж!" и уйдут. Но бить то сразу зачем? Да еще с ноги! Тут дети, вообще-то! Яжедеть, например.

Вот ничего святого у людей не осталось! В мое время… Хотя, там так же было. Люди же не меняются.

Наверное, Воин хотел меня просто сбить со стула. Чтобы потом вести переговоры в более выгодных условиях — он стоит, я лежу. Но я считал такую позицию неприемлемой, как и способ аргументации. Поэтому, ушел от удара, позволив противнику в щепу разнести стул, на котором сидел. Проведя одновременно подсечку.

Ну, ладно-ладно! Я немного сжульничал.

Сперва я пустил Крик на минималках. Выгадал себе примерно половину секунды, а потом уже провел прием.

Так как ульта у меня пока ослабленная, Воин даже не понял, что подвергся псионическому воздействию. Просто взмахнул руками и красиво упал на спину. Точнее, сперва на шею, потом на спину — ноги-то выше головы взлетели.

А кухонька-то небольшая была, так что приземляясь, он задел и своего огненного дружка. Тот, впрочем, довольно умело ушел от падающей туши, но не учел дополнительно фактора в моем лице.

Продолжая движение, которое началось, как подсечка, я толкнул кинетика раскрытой ладонью в грудь. И его уход тоже превратился в падение.

Пока быки поднимались, я быстро обернулся к Игнату и кивнул. Врубай, мол, свой генератор ужаса на полную катушку. Тот прикрыл глаза, напрягся, будто большую нужду стоя справлять решил, а на лбу тут же заблестели бисеринки пота.

И я почувствовал страх.