Хлад 2

Вместо ответа кузина протянула телефон экраном вперед. Серебристая игрушка органично смотрелась в руках хозяйки – платиновой блондинки, одетой в серый брючный костюм.

Я не стал брать устройство, лишь вопросительно приподнял бровь. Юлия терпеливо пояснила:

- ЧП на дальней заставе.

Какой еще к черту дальней заставе?

- А точнее на северной оконечности передовых рубежей северной границы, - уточнил Скрябин, подходя ближе.

- Что там случилось? – телефон я все же взял, но подумав, поменял на планшет Советника с большим экраном.

Интересно, почему мне ничего не присылают? Телефон у меня есть, учетную запись во внутренней системе клановой сети я тоже завел, получив неограниченный доступ.

Хотя на счет последнего - это наверное видимость. Вряд ли настоящие хозяева позволят копаться в секретных данных недавно появившемуся «чужаку». Возможно поэтому и нет оповещения, аккаунт с изъяном или с ограничениями.

Подумал об этом мельком, изучая присланный на планшет видеофайл.

- Какого черта? Это что тела?

А точнее три тела, выложенные в странную фигуру на вершине каменистого холма. Все обнажены, у всех на коже непонятные рисунки и письмена. Что за хрень?

- Дежурная смена станции климатических наблюдений, - сухо доложил Скрябин. – Они не вышли на связь в контрольный срок и туда отправилась группа проверки. Они и обнаружили тела, а также сожженную станцию.

- Там же рядом находился радионавигационный маяк, он тоже выведен из строя, - угрюмо добавила Юлия.

Я вновь обратил взор на экран. Снимавший увеличил фокус, беря крупным планом нарисованные на мертвецах знаки.

- Что за каракули на них намалеваны? Кто-нибудь знает? – я поднял голову, успев заметить, как Советник и княжна обменялись быстрыми взглядами.

Как интересно, у них общие секреты? А с остальными поделиться не хотят? Я показательно нахмурился, и оба поняли, что безмолвный обмен не остался незамеченным.

- Рассказывайте, - велел я, не слишком уверенный, что собеседники поведают именно правду, а не навешают лапши, искреннее считая, что юному правителю незачем влезать в такие дела.

Однако оба удивили, почти в унисон заявив:

- Это неоязычники.

Скрябин произнес с кислой миной, Юлия с раздражением. Какая разная реакция на одни и те же слова.

- Какие еще неоязычники? Наши?

Княжна отрицательно качнула головой.

- Нет, скандинавские. Неовикинги, практикующие человеческие жертвоприношения Одину.