СССР 2010 Иди, товарищ, к нам в колхоз!

Глава 7

Глава 7

— Аглая Валерьевна, вы, как всегда, обворожительны! — я как мог изобразил поклон и протянул открывшей мне дверь женщине букет. — Глядя на вас, я понимаю две вещи. Как повезло Игорю Игоревичу, и какой красавицей вырастет София. Примите в знак моего безграничного восхищения!

— Значит ты заранее решил невесту застолбить? — приподняла бровь Сикорская, впрочем, принимая цветы. — Похвально, но вот метод мог бы выбрать более приличный. Проходи. Соня, возьми вещи у Семёна.

— Привет, — я ласково улыбнулся подошедшей беловолосой красавице, принарядившейся к моему приходу в красивое бежевое платье, сделавшая причёску и даже нацепившая какие-то украшения, подозрительно ярко сверкавшие и намекающие, своим видом, что им не один десяток лет.

— Спасибо, — девчонка потупила глаза и зарделась, что сделало её ещё милее. — Я сейчас вазу принесу.

— Успеешь, — чуть недовольно осадила её взглядом мать. — Возьми у гостя торт и проводи в гостиную.

— Как у вас строго, — я подмигнул Соньке. — А вот я, к сожалению, знанием этикета похвастаться не могу. Знаю только, что сморкаться в занавески и вытирать руки скатертью надо незаметно от хозяйки, и на этом мои познания заканчиваются. А! Ну ещё матерные частушки ночью надо петь в полголоса, а то соседи придут морду бить. Хотя, наверно, это уже не актуально.

— И всё же я бы не советовала, — Аглая Валерьевна, в отличии от Софии, с трудом сдерживающей смех осталась совершенно спокойна.

— Как говорят американцы в таких случаях — упс! — я развёл руками. — Как страшно жить. Куда не плюнь, попадёшь в Мастера, а то и Архонта.

— Так может не плевать? — на удивление мою клоунаду хозяйка дома принимала вполне благосклонно. — Ты же всё-таки не верблюд.

— Уверен, вы сейчас подумали, хотя та ещё скотина, — не сумел сдержаться я, но опять вместо раздражения в глазах Аглаи Валерьевны мелькнула улыбка.

— Это я так подумал, — а вот Игорь Игоревич был хмур и зол. — точнее это очень, очень, очень смягчённая версия того, что я подумал.

— Вы донесли это до меня в весьма доступной форме, товарищ полковник, — я поправил челюсть, вспоминая о нашей встрече. — Можно сказать, я проникся вашими эмоциями в полной мере.