Позывной "Мудак"

– Наконец-то произнес я, поняв, что у меня никак не выходит сопоставить увиденное с этой картой. – Или карта не та, или все дело в том, что мы смотрим на схематичную ее часть.

- Секунду. – Кивнул князь, и быстро нажал на несколько иконок, после чего передо мной была уже более узнаваемая местность. – Думаю спутниковая карта должна подойти.

Где-то минут пять, я двигал карту, увеличивал и уменьшал масштаб, пока окончательно не убедился.

- Вот здесь. – Тыкнул я пальцем в карту, где тут же появилась красная отметка.

И Айзек и Карен Артурович, оба склонились над картой, внимательно изучая одинокую точку, что упиралась в густые леса Тайги.

- Это километрах в трехстах от нас. – Наконец-то сообщил мне князь, после чего тяжело вздохнул. – Я точно знаю, что там находятся войска Блекхаммеров, а недавно по сообщениям наших коллег из сопротивления, появились еще и люди от Авангарда. Они кстати настойчиво что-то ищут.

После последних слов я даже как-то напрягся. Нет, Карен Артурович уже знал, что мой братец состоит в правлении Авангарда, а я являюсь угрозой для занимаемой им должности, а потому Мартин Бейл имеет высокую мотивацию на мое устранение.

- Меня. – Кивнул я князю, показывая тем самым, что все понимаю, и благодарен за данное им мне убежище.

- Павел, ситуация у нас вырисовывается далеко не самая простая. – Осторожно произнес Карен Артурович, внимательно отслеживая мою реакцию.

За столом повисла неловкая пауза, во время которой каждый думал о чем-то своем. Я уже понял к чему клонит князь, и в том числе понял, что просить меня об этом ему внутренне не очень приятно, но на чашах весов совсем уж разные весовые категории. Я и все остальные. При таком раскладе выбор, на мой взгляд оказывается очевидным.

- Мне в любом случае стоит уйти от вас и где-то засветиться, желательно подальше от лагеря. – Озвучил я то, что и без того плавало в воздухе.

- К сожалению ты прав. – Угрюмо произнес князь, избегая смотреть мне в глаза.

- Я понимаю. – С усмешкой, сказал я. – Да и нужно проверить… видения. Если девочка и правда в опасности, то…

А что тогда, если честно я и сам не знал. Просто внутри меня было понимание, что ее нужно спасти любой ценой.