Боевой целитель

Парень был покрыт липким потом, и находился без сознания, мечась в пределах наспех сделанного ложа в бреду.

- Что с ним произошло? – я присел рядом с ним, осматривая рану на ноге, которая занимала практически половину бедра. Она была рваная, покрытая по краям черной коркой, а в центре, то и дело скапливалась кровь вперемешку с желтым гноем. Я пока не применял свои способности, до конца еще не будучи уверенным в том, помогать ему или нет.

- Укус иглобрюха. Господин был нерасторопен и попал под удар, - проговорил главный, который зашел следом за Андреем, задернув тряпку, выполняющую роль двери.

– Ты можешь ему помочь, чужак? Если ты излечишь сына нашего главы клана, то можешь просить все, что захочешь.

- Прям-таки все? – усмехнулся я, поворачивая голову к мужчине.

- Это единственный наследник главы клана носорога, и сами боги послали тебя, - ровно проговорил он.

- Быстро же вы меняете свою точку зрения в отношении чужаков, - покачал я головой, активируя истинное зрение, осматривая парня.

В принципе, все было неплохо. Рана была глубокая, но для меня не слишком сложная. А вот организм был отравлен ядом и чем-то инфицирован, но распространение отравы находилось на самом начальном этапе, поэтому, в принципе, можно было помочь, даже особо силы не тратя.

- У вас нет собственных врачевателей? – покосился я в сторону главного, обращая внимание на его взволнованный и какой-то обреченный вид. Похоже, если парнишка умрет, то его казнят первым.

- Мы воины и кузнецы, - с некоторой заминкой проговорил он довольно пафосно, но потом опустил голову и покачал головой.

– Есть в поселении клана, но я сомневаюсь, что он сможет ему помочь.

Надеюсь, я все делаю правильно, и меня не захотят убить сразу же, как только выполню обещанное. Положив руку на кожу наследника клана прямо рядом с раной, я уже привычным движением направил поток собственной энергии в тело исцеляемого. Как только начали восстанавливаться наиболее пострадавшие энергетические каналы, рана начала очищаться, довольно сильным потоком выплескивая наружу гной, кровь и какую-то голубоватую жидкость.

Я краем глаза заметил, как встрепенулся мужчина, выполняющего роль переговорщика, но, когда рана начала стремительно затягиваться, он расслабился и наблюдал за моими действиями с каким-то удивлением в округлившихся глазах.

Особо усердствовать я не стал. Убрав критические повреждения и немного напитав каналы энергией, я отнял руку и осмотрел парня обычным взглядом.