Гром гремит дважды. Дракон

А кому звонить? Юну, чтоб перебил билеты на завтра? Джиану, чтоб забрал меня из участка? Хотелось уже плюнуть на всё и потеряться где-нибудь в дебрях Шужуаня, чтобы никто никогда меня не нашёл.

Наручники были самые обыкновенные. Ну разумеется, никто ведь не шёл целенаправленно брать избранного, как в тот раз, с баркасом, когда операцию явно санкционировал Кианг. Я мог бы от этих наручников избавиться. Когда применяешь технику Длинной Руки, свечение охватывает кулак, начиная от запястья. И чутьё мне подсказывало, что это свечение легко и просто разорвёт стальные браслеты.

Но какой смысл? Добегу до вокзала, где меня примут уже с целым взводом? Или вернусь домой, где будет ждать засада?

— Знаете, что? — сказал я вдруг, сам того не ожидая, сидящим напротив меня в покачивающемся кузове местным ОМОНовцам. — Достало меня всё. Хуже горькой редьки.

И, как будто эти слова были каким-то паролем, машина резко затормозила. «ОМОНовцы» переглянулись и подняли оружие. А я с вялым любопытством уставился на закрытую дверь.

Глава 9. Конвоир

Меня сопровождали трое «ОМОНОвцев». Великая честь для простого пацана, пусть даже и устроившего стрельбу на вокзале, и как минимум смешной конвой для избранного духом. В общем, ни то ни сё. Рассчитывать на то, что эти ребята чем-то помогут против тех, кто хочет меня убить, не приходилось. Хотя вели себя они, безусловно, профессионально, со мной даже ни разу не заговорили. Может, даже сначала будут стрелять, и только потом удивляться.

А я сижу в наручниках. Освободиться — раз плюнуть. Но если задёргаюсь — эти трое кинутся на меня. Разобраться с ними — тоже пара пустяков, конечно, однако они же не враги. Они, чёрт бы их побрал, коллеги, братья. Пусть даже так не считают.

— Достало всё, — шёпотом повторил я.

Жизнь — как шахматная игра. Кем-то жертвуешь, кого-то убиваешь. А в конце — все фигуры в одной коробке.

— Первый, как слышно? — Один из сопровождающих воспользовался рацией. — Что за остановка?

Рация неразборчиво кашлянула в ответ. Парни переглянулись, но чувствовалось, что напряжение спало. Вскоре машина вновь двинулась с места.

Если «ОМОНовцы» сочли возможным расслабиться, то я себе такой роскоши позволить не мог.