Возрождение Феникса. Том 3

- А как они узнают, что это вы? Темный переулок, капюшоны натянете, – усмехается Демьян, и «ястребы», заразившись улыбками, кивают: ведь решение. - Они ведь "ястребов" больше ни во что не ставят . Говорили, что разломают вас как сухой хворост.

Атаман бахает в себя кружку пива для храбрости.

- Учти, «змей», ты с нами в одной лодке. Поймают нас – тут же сдадим тебя. А это уголовка. Сядешь надолго, если, конечно, под раздачу этих же дворян не попадешь.

- Понимаю-понимаю, - делает серьезным лицо Демьян. А про себя бывший «змей» думает:

«Ну, лоялист, готовься к смерти.

Не знаю, почему богорождающий Анреалиум не сжег твой мозг, но я завершу начатое Хаосом».

***

- Леночка, ты чего такая растерянная? – спрашивает мама сестру. – Неужели отвыкла от дома?

Завтрак, обычный семейный завтрак. Я, не встревая, ем овсянку с порезанным бананом.

- Растерянная? – девочка в цветочном платьице крутит белокурой головкой между окнами. – Да я в шоке! Почему двор нашего коттеджа стал в три раза больше?

- Расширение, - как бы невзначай говорит мама, хитро взглянув на меня.

– Под СБ и спорткомплекс.

- Мы что, в лотерею выиграли? – таращится Лена на стройку того самого спорткомплекса в нескольких сот метрах.

- Лотерею? Да нет. Просто Сеня приобрел пару заводиков, - мама вовсю наслаждается шоком сестры. – Твой брат решил взяться за родовой бизнес. Бери с него пример.

- Серьезно? Сеня? – сощуривает Лена взгляд голубых глаз. - Ну ты и финансовая акула, братец.

- Ну, не сам, конечно же. Мне очень сильно помогли наши опытные управляющие, - скромно улыбаюсь, одновременно охватывая сестру магнетическим облаком.

Агрессии и испуга по отношению ко мне она больше не проявляет, а значит, можно и расположить к себе с помощью обаяния Префекта. – Особенно Лизоблюдова Екатерина Игоревна.

- Та фигуристая тетя, - уважительно присвистывает Лена и ухмыляется, как дьяволенок. – Поздравляю, братец!

В общем, понятно. Утром мы съездили за Леной. Автобус с лагеря уже приехал. Белокурое создание двенадцати лет от роду ждало нас на скамейке возле младшей школы.

Девочка вытаращила глаза на меня, но ни слова не проронила. Только всю дорогу молча смотрела и смотрела. Пока, наконец, не выдержала и, потянув Елизавету за рукав, не спросила тихо-тихо, кивнув в мою сторону:

- Мама, а кто такой этот дядя?

Мама даже оторопела. Постоянно купаясь в волнах моего обаяния, она мигом привыкла к моей излечившейся ноге, а, также, к тому, что я резко вымахал под сто восемьдесят сантиметров.