Возрождение Феникса. Том 3

- Да, конечно, сынок, - она открывает соцсеть в мобильнике и показывает.

Наклоняюсь и зачитываю вслух:

- «Время беспощадно, не тот уже вкус, что раньше. И, соответственно, «Ермак» тоже», - задумываюсь. – Больше похоже на философское изречение, чем на критику блюда. Граф Мегро не мог же продаться конкурентам?

- Категорически нет, - отрицательно качает головой Елизавета. – Такие люди ценят репутацию превыше жизни. Граф Дюран Мегро даже во время недавнего лечения в санатории инспектировал тамошние рестораны. Совсем себя не бережет.

- Лечения? – цепляюсь за слово. – А может тогда дело не в «Ермаке»? Просто вкус графа изменился. Обрати внимание на фразу – «не тот уже вкус». Из-за пережитой болезни вкусовые ощущения Мегро изменились, вот он и плачется в посте, а мы под горячую руку попали.

- Действительно, - мама поджимает губы. – Да, Сеня, скорее всего так и есть. Эх, зачем же он к нам пришел, раз больше не гурман?

- Может, надеялся на кухню «Ермака», но реабилитировать ему здоровье у нас не вышло, - предполагаю, пожав плечами.

- Да, и прежние отзывы были другим на зависть.

- Значит, дело в его здоровье, - подвожу итог. – Только от этого никому не легче.

- Почему же? – удивляется мама. – Я могу поговорить с ним. Если граф объяснит подписчикам в соцсетях, что не ощущает вкуса из-за плохого самочувствия…

- Даже если Мегро болен, он не раскроет свое состояние, - качаю головой. – Никто из дворян на это не пойдет, а графы уж тем более. Признать свои слабости – для них смерти подобно.

- И что же нам делать? – восклицает Елизавета. – Неужели моему ресторану только остается терпеть плохую репутацию из-за того, что Мегро приспичило повздыхать по утерянному вкусу?

- Не думаю, что граф будет против еще одного визита. Он ведь в Москве? Почему бы тебе не пригласить его снова?

- Дюран упоминал, что останется в столице до поступления в школу его детей, - говорит мама.

Звонок длится около часа. Начинается, как обычно, с таких посторонних вещей, как ухудшающаяся погода (- Неудивительно, ведь дело движется к осени. – Вы правы, Елизавета Юрьевна, вы правы), дальше идет речь о театральных постановках, приемах у кого-то знатного, и, наконец, мама подходит к главному вопросу.

- Согласился, - выдыхает она, положив трубку.