Здесь вам не клан

Мы сидим в апартаментах с минималистичным дизайном. Широченное, от пола до потолка, окно разбито на квадраты. Стены выкрашены бежевой краской. Консольная система хранения. Арка, связывающая комнату с прихожей и кухней. Там же — дверь в санузел. В потолок встроены лампы с регулируемой яркостью.

— Объяснение должно быть, — задумчиво проговорила Кара.

— Жги, — предложил Леший.

— Он — маг времени.

Водила впервые за время разговора попал в поле моего зрения. Приблизился к окну с чашкой кофе в массивной лапище.

— Чушь.

— Ты же видел.

— Ничего я не видел. Всем известно, что он — бездарь.

— И? — девушка иронично выгнула бровь.

Леший повернулся к нам:

— Морские буи. Ты знаешь, как работает сила крови. До инициации — никаких проявлений магии. Адепты магических академий обретают Дар в начале обучения. Остальные могут сделать это в императорском святилище. И какой псих затащит своего сыночка в святилище до пробуждения силы крови?

Новая волна бреда.

Вслушиваюсь в перепалку своих новых знакомых, с дурацкими вопросами не встреваю.

— Не затащит, — согласилась Кара. — Так ведь и родовые навыки могут в любой момент прорезаться.

— Не раньше двенадцати, — отрезал Леший.

— Пусть так, — не сдавалась девушка, — но он вырос в семье щита. Корсаковы могли скрыть столь редкий Дар.

— Я вас умоляю! — Леший закатил глаза. — Магия времени у Корсаковых? Дворцовую полицию может возглавить только боевой маг. Лед, пламя, пепел. Его папочка, по слухам, управляет светом.

Факты посыпались, как из рога изобилия.

— Придумай лучшее объяснение, — Кара встала с кресла, подошла к системе хранения и вытащила из открытой секции бумажный сверток. Бросила мне: — Лови.

Реакция у меня отменная.

Даже в чужом теле.

Выхватив сверток из воздуха, я повертел его в руках. Что-то мягкое. На пакете изображен логотип: «СургановЪ». Буква «о» стилизована под золотую монету. И мелкий шрифт: «торговый дом».

Шмотки.

— Переоденься, — Кара подтвердила мою догадку.

Допив целебный отвар, я направился в ванную комнату. Обычный санузел, ничего примечательного. Свет врубается датчиком движения.

Избавившись от хламиды, я с наслаждением отлил, наскоро принял душ и вытерся махровым полотенцем. Постоял перед зеркалом, глядя на отражение чужака. Тяжело к такому привыкнуть, как ни крути. Чистое тело. Никаких вставок, усилений, разъемов. Пещерный, мать его, век.