Пришествие князя тьмы

— Что, никогда еще не видел ничего подобного? — усмехнулся ректор, заметив мой заинтересованный взгляд.

Если бы ты только знал, старик, кто я на самом деле и какие легионы проклятых духов и демонов когда-то были в моем подчинении

— Да, ваша светлость, зрелище и правда потрясает. Я и не думал, что наша армия настолько многочисленна и хорошо оснащена.

Ректор одобрительно кивнул и хлопнул меня по плечу.

— То ли еще будет, Ванечка! Вот закончишь академию, получишь офицерский чин — сам таким лагерем командовать будешь.

Мы направились к входу в командирскую палатку. Гвардейцы расступились, пропуская нас внутрь. Я на мгновение замер на пороге, пораженный роскошью и изяществом убранства.

Пол палатки был устлан дорогими коврами, на которых причудливым узором переплетались восточные орнаменты. Стены были задрапированы шелковыми полотнищами, расшитыми золотой нитью. В центре стоял массивный дубовый стол, заваленный картами, свитками и какими-то бумагами.

а столом сидел немолодой мужчина в богато украшенном генеральском мундире. Его седые волосы были аккуратно зачесаны назад, а на груди поблескивали многочисленные ордена и медали. При нашем появлении он поднял голову от бумаг и окинул нас цепким, внимательным взглядом.

— А, Август Валерианович! — генерал встал из-за стола и направился к нам навстречу.

— Прошу прощения за задержку, ваше превосходительство, — с поклоном произнес ректор. — Дела в академии задержали. Позвольте представить вам моего студента, Ивана Ведминова.

Я тоже склонился в почтительном поклоне, внимательно изучая генерала. Он был высоким, крепко сложенным мужчиной с пронзительными синими глазами и аккуратно подстриженной седой бородой. На его лице читался богатый жизненный опыт и суровость, присущая человеку, прошедшему через множество сражений и испытаний.

Генерал Всеволод Аркадьевич Громов был легендой в военных кругах. Говорили, что он мог одним взглядом усмирить целый полк и вдохновить солдат на самые отчаянные подвиги. Его тактическое мышление и умение принимать молниеносные решения не раз спасали империю от самых страшных угроз.

Но было в облике генерала и нечто необычное, даже пугающее. Правую половину его лица пересекал глубокий шрам, тянущийся от виска до подбородка.