Пришествие князя тьмы

Я почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота вперемешку с диким, всепоглощающим ужасом. Вот оно, значит, как? Выходит, мне уготована участь бесправной царской игрушки? И никакой личной свободы, одна лишь слепая покорность?

— Пока твоя фамилия еще имеет вес, Государь не посмеет и пальцем тебя тронуть, — продолжала втолковывать Нинель. — Так что шевели булками, голубчик! Сделай все, чтобы грудь твоя в орденах купалась. Проси, требуй, умоляй отправить тебя на передовую — таков единственный шанс. Если сумеешь на поле брани проявить себя, заслужить уважение и восхищение, тогда, быть может…

— О чем это вы тут воркуете, а? — раздался вкрадчивый голос, и мы с Нинель одновременно обернулись.

В двух шагах от нас стоял ректор собственной персоной, неслышно подкравшийся со спины. Его холеные пальцы мягко поглаживали подбородок, а колючий взгляд сверлил нас с ног до головы.

— А я-то, наивный, полагал, что вы уже давно дожидаетесь меня в кабинете! — протянул он, обдавая нас волной запаха дорого одеколона.

— Да вот, просил госпожу Крамскую о небольшом одолжении, — выпалил я, старательно изображая светскую непринужденность. — Хочу, понимаете ли, отправиться на передовую — практику боевую проходить. Негоже будущему офицеру в тылу отсиживаться, когда страна в огне!

Ректор удивленно вскинул бровь, но тут же расплылся в одобрительной улыбке:

— Похвально, Иван, весьма похвально! Рад, что в столь юном возрасте ты уже осознаешь важность ратного долга.

Он с чувством пожал мне руку и кивнул в сторону своего кабинета:

— Что ж, не будем терять времени.

Мы с Нинель послушно двинулись вслед за ректором, и я украдкой перевел дух.

— Кстати, Иван, тебе надо написать письмо, — небрежно обронил Август Валерианович, шагая по коридору. — Его Величеству, Государю Императору. Пусть знает, что ты не прячешься, дар не скрываешь и готов верой-правдой служить Отечеству.

Я покосился на Нинель. Но магистресса лишь ободряюще кивнула, безмолвно соглашаясь с доводами ректора. Дескать, все правильно, Ванечка — нужно бежать впереди паровоза, иначе и впрямь в расход пустят ненароком.

Глава 12

Я сидел в кабинете ректора, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Ректор Август Валерианович, протянул мне лист бумаги и чернильницу.