Провинциал. Книга 7

А парень? Хотя, он этого бодрого старикана называл дедом, стало быть, внук?

Видимо, пошёл прицепом за своей родственницей, когда её вязали. Так, а чего это он без наручников, а деваха вся в этот странный металл закована?

Ладно, продолжим просмотр сериала, и по ходу разберёмся, хе-хе…

— Дядя, — девушка более ничего не сказала, но многозначительно посмотрела на родственника, сопроводив свой взгляд звоном сине-зелёных кандалов.

— Ах, да, совсем от радости потерялся, — пробормотал дед и, в свою очередь, вопросительно уставился на офицера.

Начальник конвоя же продолжал злобно вращать глазами, и, похоже, готовился к тому, чтобы в очередной раз известить присутствующих о своей к ним неугасимой ненависти.

Почувствовав взгляд старика, он сделал судорожный вдох, приоткрыв тонкие сухие губы, прикрыл глаза, видимо убеждая себя не рыпаться, и извлёк из кармана круглый блестящий брелок, на котором была выгравирована, то ли шестёрка, то ли девятка.

На брелоке болталась небольшая прямоугольная тонкая пластинка из того же странного металла, что и наручники, красовавшиеся на девушке. Края этой пластинки были затейливо изрезаны, и состояли из разнокалиберных выступов и впадин.

Конвоир приоткрыл глаза, продолжавшие пылать злобой, метнул испепеляющий взгляд в довольно улыбающегося деда, и бросил пластину с брелоком прямо тому в лицо.

Морщинистый маг, продолжая лучезарно улыбаться, чуть приподнял бровь, и полёт компактного, хоть и весьма увесистого предмета к его лицу резко замедлился.

Теперь эта связка неспешно парила в воздухе, аккуратно опускаясь в сухую ладошку старика.

— Однако, — подумал я, — а дед то не прост, ой как не прост… Немного землю приподнять, это и мне по силам, а вот такой вот контроль, это, я боюсь, мне пока недоступно… Эх… Но, с другой стороны, есть к чему стремиться…

Старик, получив эту пластинку, шагнул к девушке, и вставил эту железячку в едва заметный паз на её ошейнике, который тут же распался на две половинки.

Девчонка схватила эти металлические фрагменты и широко замахнулась, явно намереваясь запустить остатки ошейника в дальний полёт.

Но рачительный дед на корню пресёк этот её эмоциональный порыв, буркнув едва слышно:

— Смотри, пробросаешься, — и, отобрав металлические полосы, опустил их в карман балахона.

— Ну дядя! — возмущённо пискнула девчонка.