Князь Барятинский. Второй курс. Новое оружие

Илларион ведь в итоге оставит тебя ни с чем, правильно? А ты даже не сможешь ничего возразить, поскольку всё имущество твоего отца нажито, скажем так, не совсем законным способом.

Жорж вновь повернулся ко мне. Мгновение мне казалось, что он просто кинется на меня с саблей у всех на глазах, но и на этот раз сумел сдержаться.

— Хватит лезть в дела моей семьи, Барятинский!

— Зацепило, — кивнул я. — Значит, я прав. И что, это — одна из причин, почему ты не хочешь жить? Лишился могущественного отца, а теперь теряешь состояние — этого ты боишься?

Юсупов побледнел так, что если бы лежал неподвижно, я бы подумал, что вижу труп.

Вздохнул.

— Жорж. Этот вопрос — решаемый, поверь.

— Уж не хотите ли вы сказать, что собираетесь помогать мне в его решении, господин Барятинский?!

— Просто дай мне неделю.

— Что?!

— То! Не присылай своего идиотского секунданта хотя бы неделю! — рявкнул я. — Если хочешь очистить своё имя смертью — это никогда не будет поздно сделать! А уж если учесть, что твоё имя ровным счётом ничем не замаралось — тем более.

Ответа я не дождался. Жорж, помолчав, но так и не выдавив из себя ни слова, ушёл.

— И что это было? О чём разговор? — немедленно обступили меня мои бойцы — которые стояли неподалёку, напряжённо следя за разговором, но не слыша ни звука.

— Да так, ничего особенного. Решили как-нибудь сходить выпить пива вместе, — сказал я. — Но пока не определились с выбором заведения.

Полли фыркнула и, ухватив под руку Мишеля, потащила его обратно в толпу, досматривать Игру.

Мишель бросил на меня прощальный взгляд, из которого я понял, что в мою отговорку он не поверил.

— Это был вызов, да? — спросил Андрей.

— Н... — начал было я, но почувствовал тепло на груди.

Жемчужина. Проклятая жемчужина, своего рода индикатор состояния мага. Такие жемчужина носили мы все, каждый маг. Жемчужины меняли цвет в зависимости от мыслей и поступков.

Глава 13

Белым магам, одним из которых был по природе Костя Барятинский — то есть, я — полагалось носить белые жемчужины.

Но чем больше белый маг совершал эгоистичных, жестоких поступков — тем чернее становилась жемчужина. Почернеет полностью — всё, финита. Значит, из белого мага ты превратился в чёрного. Отвоёвывать белые участки для меня было гораздо сложнее, чем заливать жемчужину чёрным цветом.

Не то чтобы мне так уж хотелось быть белым магом — я скорее просто отказывался становиться чёрным. Повидал и тех, и других — все они не без изъяна.