Князь Барятинский. Второй курс. Новое оружие

Человеку не дано победить смерть, не дано даже победить темноту на веки вечные. Но мыслью он уже замахивается на Тьму. Это веселит и огорчает одновременно, напоминая отважного муравьишку, который с соломинкой наперевес идёт в атаку на слона».

Взгляд скользнул на третий абзац:

«Вы, Константин Александрович, тот муравьишка. Вы можете быть сколь угодно сильны и отважны, однако битвы со слоном не получится. Слон раздавит вас походя и даже не узнает о вашем существовании».

Я отбросил книгу на стол.

Не-ет, это не шиза. Это кое-что гораздо хуже! Со мной на полном серьёзе разговаривает книга, написанная Юнгом.

— Государю императору — ура! — послышалось из кухни.

— Воистину ура, — рассеянно откликнулся я.

— Государю императору — ура! — заорал Джонатан как-то особенно истошно и тут же влетел в библиотеку.

Он сел на столик рядом с книгой, презрительно скосил на неё взгляд, тюкнул клювом по переплёту и отвернулся. Расправил крылья, закричал — просто, по-чаячьи.

— Что? Смыть не можешь? — развёл я руками, чуть не выплеснув кофе.

Чайка крикнула ещё громче и, спрыгнув со стола, побежала к выходу, то и дело оглядываясь.

— Ну, пошли, — вздохнул я. — День чудес какой-то.

Вслед за Джонатаном я вошёл в кухоньку. Сюда выходила дверь, ведущая в пятиугольную зеркальную комнату. Джонатан остановился перед ней и пару раз с чувством долбанул клювом по тяжёлым, потемневшим от времени доскам. После чего повторил хвалу императору.

— Что? — спросил я, подойдя ближе.

Джонатан молчал, глядя на меня. Было тихо. И вдруг в этой ватной тишине я что-то услышал.

Нахмурившись, прижался ухом к двери. Зажмурился, отсекая лишний сейчас канал восприятия. Весь обратился в слух.

— Спасите! — расслышал отчаянный крик. — Я погибну здесь! Спасите, вы же меня слышите!

Отшатнувшись, я посмотрел на Джонатана широко открытыми глазами. Тот издал очередной крик, будто подтверждая всё вышесказанное высочайшей своей резолюцией.

С той стороны двери молила о спасении девушка.

Глава 10

Правой рукой я достал из кармана ключи. Левую тем временем опутала цепь. Я сжал кулак, готовый одним ударом проломить черепушку любому врагу, который на меня кинется.

Мыслей о том, каким образом кто-то мог оказаться в наглухо запертой комнате, находящейся в наглухо запертом подвале наглухо запертого дома, защищенного всеми мыслимыми заклинаниями, у меня не возникло.