#Бояръ-Аниме. Романов. Том 9

Или, как минимум, эти работы основаны на одном и том же даре. Слишком похожее действие, используется один и тот же принцип. Пожалуй, могу сказать точно: без магии здесь не обошлось.

Я снова хмыкнул, принимая ее ответ. В целом, было неудивительно, что игумена обеспечили запасным планом. Павел был снабжен последним средством избежать допроса. Вряд ли он на самом деле собирался когда-либо им воспользоваться, но как только появилась необходимость, решился.

— Мог он не знать, что в этой таблетке? — уточнил я напоследок, прежде чем оставить Волкову дальше разбираться с телом.

Василиса Святославовна посмотрела на меня с сомнением, затем перевела взгляд на таблетницу, где игумен держал свои лекарства.

— Если он сам ее наполнял, то обязан был знать, что именно кладет внутрь. Посмотрите, князь, пропустил ли он какой-то прием?

Я взглянул на метки, нанесенные на пластиковом контейнере. Часть пустовала — утренняя доза лекарств. А дневная, которая его и убила, была лишь начата. Игумен выбрал нужное средство, а остальные трогать не стал.

— Вполне возможно, что ему подбросили таблетку, подменив ей реальное лекарство, — прокомментировала Волкова. — Насколько я вижу, нужной дозы для укрепления сердечной мышцы в обеденном приеме нет.

— Значит, будем искать, кто имел доступ, — подытожил я, после чего обернулся к стоящему в стороне лейтенанту Курпатову.

Николай Дмитриевич все это время не мешал нам с боярышней возиться с трупом, не задавал вопросов и никак не комментировал наши действия. Похвально, конечно, что нам не мешали, но настало время подключить Царскую Службу Безопасности к делу.

— Не переживайте, Дмитрий Алексеевич, — кивнул он. — Я веду прямую трансляцию, так что сейчас наши люди начнут обыски в монастыре. И если кто-то мог подменить лекарство, мы обязательно это выясним.

Вот только я бы на месте такого человека уже давно пересек Черное море и скрылся на территории Османской империи. Тем более что сделать это морским путем легче легкого, как показывает практика.

— Работайте, Николай Дмитриевич, — ответил я.

— Благодарю, князь, — поклонился тот, и я вышел из покоев игумена.

Снаружи кипела простая работа — следователи ЦСБ допрашивали персонал гостиницы, восстанавливая картину случившегося. И хотя наличие камер многое проясняло, опричники не имели права манкировать обязанностями — дело касалось церковного человека, а значит, и спрос будет крайне серьезным.

Дойдя до лифта, я ткнул в кнопку.