Наследник

В преддверии гражданской войны оружие пользовалось большим спросом.

Пальцы сжимали огромный подсвечник, чувствуя просачивающийся сквозь перчатки холод. Все: от солдат самого низкого ранга и простых горожан до людей побогаче, владели минимальной экипировкой, состоящей из самых заурядных доспехов и оружия. Но высокородные готовы потратить половину своего состояния на бесполезные, но прекрасные замысловатые мечи, рапиры и копья. Будто это позволит им участвовать в боевых действиях. Но аристократам всегда хотелось выглядеть соответственно, даже если острия их мечей никогда не касались ничего живого.

Они делали это из чистого тщеславия.

Тщеславие, на котором ты наживаешься. Но лучше уж ты, чем кто-то другой.

Торн обернулась, и лицо обдало жаром кузницы.

Джонс снова вздохнул.

– Ты разоришь меня, Торн, – пожаловался он, а затем, порывшись в потайном кармане кожаного фартука, протянул условленные десять монет.

Девушка хохотнула.

– Верится с трудом. Надвигающаяся война пошла тебе на пользу, Джонс.

Твое дело пошло в гору.

– Ты говоришь так, как будто мы не воюем уже несколько поколений. Чего бы я только не отдал, чтобы в моем кармане поубавилось монет, а вместо них дороги вокруг Жутких Гор стали безопаснее.

Его слова отрезвили девушку.

– Горы никогда не станут безопасными, даже если все войны прекратятся.

Торн оглядела взрослого мужчину и шрамы, обвивающие его толстую шею. В молодости Джонсу пришлось нелегко. Жизнь талаганца, Оборотня, в Хеймсерии – испытание не из легких, особенно для молодого парня.

К счастью для него, он нашел убежище в Рубэлле после побега из талаганской фермы смерти. Рубэлль представлял собой сборную солянку из различных культур и рас. Принятие стало их девизом. Пока вы относитесь к окружающим с достоинством и уважением, именно это вы и получаете в ответ.

Джонс закатил глаза.

– Оптимизм, Торн. Тебе он не помешает. Если столица станет тратить меньше денег и ресурсов на бессмысленные стычки с нашими соседями, тогда они смогут прислать сюда кого-нибудь из этих напыщенных пурпурноволосых Гончих, чтобы они разобрались с бандитами.

– Осторожнее, Джонс, твои слова попахивают изменой.

Выступающие против короны рано или поздно оказываются мертвыми.

Выражение лица мужчины стало таким кислым, будто он съел испорченный маринованный огурец.

– Хотя, бьюсь об заклад, даже если наступит мир, никто из них не снизойдет до того, чтобы помочь нам.