Наследник

Однако Пайр не мог позволить себе зацикливаться на этой мысли. Если он продолжит думать о подобном, то сделает что-нибудь глупое, например, похитит Тэмпест, привяжет ее к своей постели и будет ждать, пока она не согласится принадлежать ему и только ему.

Он провел рукой по своему чумазому лицу. Стоило гнать такие мысли куда подальше. Она отвлекала его от дела, а он не мог себе позволить быть рассеянным.

– Зачем ты здесь, Шут? – требовательно спросила она, нарушив молчание.

Собственный титул помог сосредоточиться и забыть на какое-то время об эмоциях.

– Уверен, до вас доходили слухи о похождениях лорда Мержери.

– Доходили, – тихо сказала она, наморщив нос. – Очаровательный мужчина, тут и сказать нечего.

– Действительно, – с фальшью в голосе сладко проговорил Пайр. – Лорд крайне суров со своими рабами и работниками.

Мужчина прислонился к каменной стене и поднял голову к небу, скрытому за дымом и пеплом.

– Недавно здесь образовалась группа повстанцев, которые искренне верят, что Оборотни должны править и что человеческая раса должна подчиняться им, стать их рабами.

– Как оригинально, – пробормотала девушка.

– Они, конечно, экстремисты, – продолжил Пайр. – И мы их не поддерживаем. Вот почему я и мои люди здесь. Этому стоит положить конец. Насилие должно прекратиться.

Тэмпа фыркнула.

– Значит, тебя устраивает, когда насилием и кровопролитием занимаешься ты, но не кто-то другой? Как по мне, звучит немного лицемерно.

Грубо, но отчасти справедливо. Кицунэ проигнорировал ее высказывание.

– Радикальные разногласия, подобные этому, ослабляют народ Талаги, – сказал он. – Я не хочу, чтобы кто-то пострадал, но также не буду стоять в стороне и смотреть на все эту бессмысленную жестокость, когда могу ее предотвратить.

Тэмпест раскрыла губы, чтобы ответить, но с них слетел только хрип. Девушка быстро поднесла руку ко рту и принялась кашлять, снова и снова, с каждым разом все сильнее и резче.

Пайром овладело беспокойство, и он сократил расстояние между ними.

– Ты в порядке, – промурлыкал он, проводя рукой по ее запачканной косе, цвет которой из барвинка превратился в серый.

Тэмпест стряхнула его руку, и Пайр сжал пальцы в кулак, отстранившись. Отрицание и гнев разрывали его изнутри.

– Просто хотел помочь, – процедил он сквозь зубы.

– Я тебя не просила, – прохрипела она.