СССР 2010. Пионер - ты в ответе за всё!

Вот сам подумай, сколько чего ты бы мог на сотку купить?

— Полтинник, — поправил меня Чернов, но я с ним не согласился.

— Нет, дружок-пирожок. Сотку! — и объяснил. — полтинник ты отдашь лабиринтовцам, и ещё полтинник — тем, у кого займёшь деньги. Как говорил один умный человек иметь миллион и не иметь миллион это уже два миллиона. Простая арифметика.

— Задолбал грузить! — Чернов хотел бы на меня рыкнуть, но зная, что это чревато не решился. — Ладно ты же к Алёне хотел зайти. Спасибо за бабло, отдам сразу как деньги будут.

— Ну, ну, — я понял, что достучаться до комсорга старшаков мне не удалось, но кто ему доктор. Я тоже не могу спасти всех и сразу. — Бывай.

Понятно, что к комсомольскому вожаку школы я уже не успевал, до звонка оставалось каких-то пару минут. Значит забегу на перемене, пропускать уроки я не собирался. Уж не знаю, как дальше сложится со школой, но пока я с трудом на тройку натягивал по большинству предметов. Понятно, что там ещё контрольные работы будут, которые тоже дадут плюс к общему баллу, но даже так четвёрки за год были для меня недостижимой мечтой.

Только в вечерку, а это год насмарку. Да и то не факт, что и после неё возьмут куда-нибудь. Потом армия, два года в сапогах, все начинания встанут на паузу, в то, что я смогу рулить делами из казармы я заранее не верил.

Раз он зашевелился, видимо хочет навести мосты. Прогнуться, прикинуться хорошим внуком, вот тебе и решение проблемы и со школой, и с Аристархом, ну и заодно и с армией. Да даже того самого племянника цэкашного и то шугануть можно будет, генерал-полковник командующий округом это вам не это. Только вот от одной мысли, что придётся прогибаться перед этой семейкой, кинувшей маму одну в положении и угрожавшей ей меня, начинает тошнить. Так что не уверен, что сдержусь и не дам в морду “любимому дедушке”.

Короче, проблему с Митрофановым надо решать кровь из носу иначе удачи мне не видать. Цемель сегодня должен был нагрянуть к своему знакомому профессору филологии, на предмет экспертизы. Причём я был уверен, что официальная даже не понадобиться, Аристарх может и был готов рискнуть ради народного, но если будут конкретные доказательства его непричастности к моим… хм… моим песням, то он даст заднюю.