Орден Кракена 6

Однако пора прекращать свои думы: оголодавшие и озверевшие мертвецы, уже подступают ко мне и дико смотрят исподлобья. Я принимаюсь сам швырять некоторых из них щупальцами вниз.

— А-агхрр! — верещат они, исчезая в бурлении водопада.

Алисия выжидает ещё минут десять и начинает действовать только тогда, когда мертвецов собралось побольше. Подмечаю, как она вскидывает руки вверх; её волосы от сильной концентрации на заклинании, тоже поднимаются вверх. Кажется, она решила усилить его мощность: даже я отсюда ощущаю заметные всплески энергии.

Раз, два, три… Вот выпущенная ею ударная серая волна, с вложенными в неё проклятиями, словно ураган сносит несколько сотен мертвецов в сторону обрыва. За этим можно хоть вечность наблюдать: до того славное зрелище, когда враги гибнут сотнями. И я рад, что Алисия наложила проклятия для быстрого разложения тел. Если кому-то из мертвецов удастся выбраться живым потом, то он всё равно довольно быстро погибнет: его мозг сгниет.

Думал сам попросить её об этом, однако дал ей шанс проявить себя.

Продолжая разбрасывать мертвецов щупальцами, отступаю немного назад и навожу на них сразу два артефакта. Активировав их, взрываю головы противникам сразу в нескольких рядах и начинаю заряжать арбалет. Забив наспех всю обойму, методично обстреливаю мертвецов. Поглядываю при этом, как их сотнями сбрасывает с обрыва Алисия.

Такой метод мы с Алисией используем против этой армии уже целых два дня. За все это время мы сделали лишь две короткие передышки, всего по полчаса. О сне пришлось забыть: враги сами себя не уничтожат. Бывают, конечно, исключения, но не в этом случае.

Прошло два дня. Я забираюсь в повозку, и усталым взглядом смотрю на оставшиеся стада дохляков, медленно плетущихся на горизонте. Пусть ими занимаются другие союзники, или я попозже займусь. Мы и так немало их перебили, нам стоит вернуться в замок, чтобы отдохнуть и проверить, как там обстоят дела.

— Сколько мы, кстати, мертвецов уничтожили? Я сбился со счета уже на второй тысяче.

— Без понятия, Джон, — еле ворочая языком, отзывается она, даже не открывая глаз: спит чуть ли не на ходу. — Мне кажется, что мы миллион убили.

— Ха-ха, какой миллион, — посмеиваюсь и поворачиваю лошадей прочь.