Железные рыцари

— Кроме нас и без нас в апартаменты никто не может войти!

Ну и правильно, нефиг всяким разным по нашему жилью без нас шастать. Но кто такой назойливый и наглый? И названивает как! А может этот... блин, как этого укрощённого из Оружейной звали? А, хрен с ним, будет укрощённым. Так вот, может он пострадал над своим укрощением и припёрся меня дуэлью дуэлить? Это... так, надо как только открываю дверь — бить в бубен, прикинул я. Сразу, чтоб вырубило. Тогда или отлежится, включит мозги и передумает. Или не передумает, а ещй сильнее озлобиться — но тогда он будет стукнутым в голову ( не на голову, как уже успел продемонстрировать).

Что, если дуэль эта и будет — мне выходит только на руку.

Прикинул я это, да и двинул к двери.

— Погоди, Гален! — заорал мне вслед Себ, а на вопросительно поднятую бровь (ну не орать же опять) пояснил, — Роботы убираются, спрячь!

Орать, поясняя детали своего предложения граф не стал. Но и так было понятно. Сныкать, раз уж мы пока с разглашением «великой пылеборческой тайны» не определились.

Ну. не помешает, признал я правоту Себа, клацая по лежащему на журнальном столике старому браскому. Может и не укрощённый, а кто-то другой ломится. Наглый и назойливый, но мало ли.

Так что к двери, в которое всё так же продолжало звонить какое-то неуёмное создание, я подходил после того, как роботы забрались под стол и там затихарились. Себ топал рядом, чуть отстав. скорее всего тоже подумал об укрощённом и предоставлял мне возможность решать что и как делать.

И вот, только я ткнул дверь, как раздаётся стук.

И два вопля. Один матерный и злобный, второй недоумённый и возвышенный, потому что мой. И больно как!

Дело вот в чём: не успела тверь раскрыться, как в неё рывком вдвинулся некий тип, которого я толком и разглядеть не успел. Но бешено выпученные глаза и перекошенную пасть — разглядел. И щемится, подлюка такой! А с такой рожей хорошего не замышляют, это точно.

Если бы он был не столь наглым, так не пёр к нам — я бы подумал, прикинул. Да разглядел бы форму служителя Академии, которую разглядываю сейчас, на копошащемся на полу дядьке.

Но щемился. А я к укрощённому готовился, и совершил совершенно естественное действие — зарядил в пузо от души. Причём, судя по последствиям, непроизвольно задействовал мышечные усилители пилотского комбеза.

Назойливый тип в пузо получил, откинулся и сейчас на полу копошится, поднимаясь. Но мне мало не показалось: под алой, с медными элементами накидкой и типа была какая-то броня.