#Бояръ-Аниме. Романов. Том 16

— На севере формируется армия, которую возглавляет мой седьмой брат. Он вербует отставных солдат, бедняков, покупает оружие и наемников. Конечно, о настоящей его цели никто вслух не говорит, но все знают, что он не собирается воевать за пределами империи.

Семен Константинович покачал головой.

— Нужно доложить об этом, — произнес князь Пермский. — Если в Поднебесной готовится вооруженный переворот, государь должен об этом узнать. А что касается тебя и нашего ребенка — не переживай, я не позволю кому-либо причинить вам вред.

Принцесса закусила губу и в ее глазах появились слезы.

— Я не хочу, чтобы тебя туда отправили, Семен, — призналась она, опуская взгляд. — Это слишком опасно. Если император падет, а его наследники начнут войну за право занять престол, ты окажешься препятствием для тех, кто захочет возвести на трон меня. Ты не из нашего народа, тебя императором сделать нельзя. А меня игрушечной императрицей — не сложно. Тем более если взять в заложники моего ребенка. В Поднебесной империи ты окажешься не нужен никому — ни сторонникам императорской семьи, ни другим аристократам.

Князь Ефремов вспомнил свой бой в великом княжестве Киевском. Тогда ему на помощь пришел княжич Романов, однако и сам Семен Константинович проявил себя далеко не худшим способом.

Однако на чужой земле, когда вокруг будут только китайцы, среди которых невозможно отличить союзников от врагов, все решит удача.

— Кто еще знает, что ты беременна? — спросил князь Пермский.

— Личная служанка, — ответила Мэйлин, не глядя на супруга.

Она уже по интонации поняла, что Семен Константинович Ефремов не собирается отступать перед лицом опасности. И несмотря на то, что боялась за него, вместе с тем испытывала чувство гордости за такого мужа.

— Я свяжусь с Министерством иностранных дел, — сказал Семен Константинович. — Это их первоочередная задача, сообщать о подобных вещах. Если они не знают о готовящейся мясорубке...

Мэйлин вздохнула вновь. Говорить о том, что, вероятно, в Москве прекрасно известно о подготовке и избрали невмешательство, она не стала. Понимала, что супруг верит в своего царя.

Сама бы она точно не стала помогать императору чужой страны удержать власть.