СССР 2010. Энергеты всех стран объединяйтесь!

Та-та та-та-та та-та-та. Я бы напел, но тогда, боюсь, меня точно посадят за применение оружия массового поражения.

— Лучше не надо! — испуганно поднял руки Ромка, помнивший мои вокальные потуги ещё с детского сада, куда мы с ним вместе ходили. — Тебя даже в яслях из хора выгоняли. Лен! Можешь посмотреть?

— Конечно, — миниатюрная Зосимова Леночка, признанный специалист по музыке и пению не только в классе, но и в школе, подошла к парте Ерёмина, обогнув мою по большой дуге, от чего мне стало стыдно. — Можно?

— Держи.

— Да, да, — девушка уже с головой погрузилась в новую песню, напевая под нос. — Любовь, комсомол и весна…

— Я представлял себе, что играет виолончель и пара скрипок с пианино. Ну, ещё труба вначале, — я постарался вспомнить все инструменты, которые использовались в клипе, подсмотренном у Кулагина. — Но тут такое, ноты я всё равно не знаю.

— Виолончель… — ушедшая в музыку Лена даже забыла, что боится меня. — Как ритм-секцию да, можно.

— Ты спец, тебе и карты в руки, — я постарался максимально добродушно улыбнуться, успокаивая девчушку. — Я на авторство не претендую.

— Н-но это твоя песня, — Зосимовой было страшно даже смотреть на меня, а я в который раз пожалел, что раньше был таким мудаком.

— А будет наша, — я серьёзно посмотрел на девушку. — И вообще, как насчёт сотрудничества? Мои слова, твоя музыка. Выпустим альбом. Разбогатеем.

— У тебя ещё песни есть?! — тут же сделала стойку Машка.

— Воу, воу, полегше! — я выставил руки ладонями вперёд, как бы отгораживаясь от наглой тхеквондистки, и отодвинулся назад. — Думаешь, я все их наизусть помню? Дома записаны, в тетради лежат. А воспоминать — перемена заканчивается. О! Звонок слышишь?

— Хор-рошо! — буквально рыкнула Полякова, усаживаясь на своё место. — Завтра чтобы принёс!

— Я подумаю, — я не собирался оставлять за ней последнее слово, — и вообще, ты ничего не попутала? Я как бы не твой слуга.

— Эм… — на секунду зависла девушка, поняв, что переборщила. — Извини. Принеси, пожалуйста, завтра тетрадь. Ты же сам предложил Лене сотрудничество.

— А ты тут при чём? — удивился я.

— Думаешь, я позволю тебе с ней наедине остаться? — презрительно хмыкнула Полякова, а Зосимова вздрогнула и опустила глаза. — После того, что ты сделал? Я не знаю, может, ты реально изменился, но это не отменяет того, что как человек ты полное говно.