Крылья Мальгуса. Ступень Четвертая. Часть первая

– Я бы и общую систему защитных заклинаний усилил, но ведь не дадите?

Я говорил так, как будто мне требовалось согласие, а на деле для себя уже решил, что вплету в защитный контур школы пару заклинаний. Подключись вчера я к той же школьной оповещалке, у меня появился бы шанс поймать установщика камер в нашем блоке.

– Я бы, может, и согласился, – ответил Ефремов. – Но «Крылья» на это не пойдут. Они считают свою систему совершенной и безопасной для школьников. Так что официально я разрешения на это не получу, а значит и тебе не могу дать.

Слово «официально» он выделил столь старательно, что и самый тупой бы догадался: неофициально он мне согласие не просто дает, он практически настаивает, чтобы я внес нужные изменения. Но, разумеется, так, чтобы никто ничего не заметил. А это значило, что действовать нужно до установки артефактных камер. Воздействовать я на них смогу, но это дополнительная трата энергии.

– Ну-ну, безопасной, – хмыкнул я. – Входи кто хочешь, проноси что хочешь.

– Ты не совсем прав, Елисеев. Артефакт бы так не пронесли. Там всех на входе обыскивают и изымают лишнее.

– Лучше бы лишних изымали, – буркнул я, почему-то вспомнив про Сысоева.

Даже Лазарев, который при моем виде скрипел зубами, так не беспокоил, как этот неадекват, явно задумавший какую-то гадость. Каждый раз, когда мы с ним встречались, на его губах расплывалась гаденькая улыбочка, как будто он уже добился желаемого результата или как будто все шло по запланированному им пути.

– Поверь, Ярослав, все подростки, что находятся в «Крыльях», находятся там по праву, и убрать кого-то мы без громкого скандала не сможем, – понял меня Ефремов. – Потому что пока этот кто-то ничего не сделает, руки у нас связаны.

– А когда он что-нибудь сделает, возможно будет уже поздно, – намекнул я. – Наркоманы могут быть совершенно непредсказуемыми.

– На этот случай у нас есть ты, – оптимистично сказал Ефремов.

Судя по тону, Ефремов сам не верил в то, что говорит.

– Конечно, Дмитрий Максимович, – согласился я, – он не совсем дурак, чтобы подставляться, он собирается подставить меня или даже всех моих.