Темный ратник. Факультет. Том 1. Том 2

В итоге он и сам не заметил, как начал отступать, а я двигался вперёд, оттесняя противника к двери.

Шаг.

Ещё шаг.

Ещё один.

Кулак продолжал перебирать варианты оружия. Перстень со щитом тоже был наготове, если вдруг полумаг все же решит пальнуть в меня огнём… но он не решался — смотрел, как я играюсь с маг-металлом, и ждал в напряжении моей атаки, чтобы успеть её отбить.

Кажется, ему было уже не до ратника.

Псионная ловушка замерла у двери, до неё осталась пара шагов. Полумаг как раз должен был зацепить её затылком, только я не знал наверняка, среагирует ли он на собственное оружие.

Чёрт меня дёрнул вспомнить про Зельевара.

Его бледная и измазанная в саже физиономия внезапно возникла в дверном проёме.

— Ты что тут… — начал он, но сразу заткнулся.

Майло уставился на голого полумага, который пятился как раз на него. Услышав голос Зельевара, полумаг мгновенно развернулся и увидел перед носом собственную ловушку, а за ней — Майло.

Надо отдать должное, Зельевар не растерялся.

В одно мгновение он сунул руку в карман брюк. Ещё мгновение — и в полумага полетела склянка с ядом. В ответ тёмный отброс швырнул в Майло огненный шар.

Два взрыва вспыхнули одновременно: огонь и яд.

Только огонь поглотил яд, а заодно и псионную ловушку.

Пока не стало поздно, я подскочил к полумагу со спины, выбрал пальцами команду «Разящий меч» и, не дожидаясь, когда он примет форму, подставил кулак к задней стороне шеи полумага.

Клинок безжалостно скользнул вперёд, рукоять снова легла в мою правую ладонь. Остриё меча вошло меж позвонков полумага и вышло из его горла…

Хлестанула кровь, целый фонтан.

Мощное тело противника передёрнулось, он рванулся в попытке снять свою шею с клинка, и у него получилось. Силы в нём было больше, чем во мне. Полумаг вдохнул с хрипом и бульканьем, обхватил ладонью пробитую глотку и повернулся ко мне.

Его губы дрогнули, изо рта потекла кровь.

Он хотел что-то сказать, но не смог. Стоял, пошатывался и смотрел на меня.

— Ну и кто из нас мертвец? — тихо спросил я у него.

По его обречённым глазам и дрожащим губам я видел, что он хотел бы мне ответить. Очень хотел бы. Этот тёмный отброс не собирался сегодня умирать, тем более так нелепо и от руки первокурсника.

Наконец его ноги ослабли, и он повалился на колени. Ладонями сильнее сжал горло, истекающее кровью, его чёрные глаза налились гневом.