Темный ратник. Факультет. Том 1. Том 2

Деревянная дверь опять распахнулась, и в кабинет вошла Люче.

От пристального взгляда её синих глаз у меня внутри всё похолодело...

***

Девушка неторопливо направилась ко мне.

При этом она не сводила с меня глаз.

— Кто он, Альмагор? — опять спросила она.

— Вот и я хочу узнать, кто он, Люче, — ответил Стронг. — Просмотри его. Можешь не церемониться. Просмотри настолько глубоко, насколько сможешь. Пусть подыхает от боли.

Люче кивнула.

— Подготовьте его. Обездвижьте.

От её слов меня бросило в дрожь.

— Послушайте.

Меня уже никто не слушал.

Директор кивнул Кезарию, а тот отлично понял своего домината без слов. Возможно, они не впервые проводили такой допрос. Ратник убрал меч и моментально оказался у меня перед носом, хотя только что стоял за спиной. Его жилистая рука опять обхватила меня под подбородком и заставила встать с кресла.

Люче наблюдала.

С большим интересом и даже будто доброжелательно.

А может, мне показалось. Пока доброго отношения в этом кабинете я не увидел, хотя чему удивляться. Киро Нобу — предатель, и отношение к нему как к предателю.

— На колени, — рыкнул Кезарий.

Он не ждал моего согласия, а лишь усилил хватку.

Я захрипел, скребя ногтями тыльную сторону его ладони. Ноги подогнулись сами собой, и через мгновение я уже стоял на коленях на ковре кабинета.

Кезарий продолжал держать меня за шею — так, что даже если бы я захотел что-то произнести, у меня бы не вышло, да и кто бы слушал тот бред, который я мог рассказать.

Лицо ратника со шрамом во всю щеку ничего не выражало: ни презрения, ни злости, ни участия. Наверное, даже мебель проявляет больше эмоций.

Люче обошла меня и встала со спины.

Я почувствовал, как она мягко кладёт руку мне на затылок.

— Не бойся, — сказала девушка. — Я постараюсь, чтобы ты не умер, но всё же потерпеть придётся. Обычно боль приходит уже после, когда дело сделано. Потом я позволю тебе кричать.

Пересилив кашель, я опять прохрипел:

— Я не Киро Нобу... не он... не Нобу... я из другого... из другого...

Больше я ничего не смог сказать.

Моё сознание на мгновение выбросило, и я пошатнулся, чуть не завалившись на ковёр, но Кезарий любезно удержал меня, сильнее обхватив за шею. Директор Стронг отошёл к столу, зорко следя за происходящим, как грёбанный инквизитор.

Ну а потом на меня обрушилась боль... много боли...

Она была разной.