Крылья Мальгуса. Ступень пятая

Разумеется, перед этим он просканировал здание и выяснил, что с охраной магов дело обстоит из рук вон плохо. Таких наказывать сам бог велел. Нет, всех он убивать не стал. Просто поджег здание, как только из него вышел. С его стороны это было, можно сказать, предусмотрительностью, чтобы исчезновение одного из пациентов не заметили сразу. Или благотворительностью, если считать за таковое деяние освобождение сумасшедших магов от бренного тела.

Последним Накрех убил охранника на проходном пункте, но убил аккуратно, чтобы не заляпать ничем ботинки.

Собрав по магазинам себе гардероб, Накрех зашел в кабинку общественного туалета, где, используя знания Новикова и коробку женской косметики, изменил внешность немагическим путем, поскольку о том, что ряд камер различали иллюзии, он знал. А если иллюзии нет, то и сиянием на записи он не привлечет к себе внимания.

Тело, отвыкшее от нагрузок и от пропуска через себя магии, болело, но Накрех не останавливался, уходя все дальше и дальше от больницы. Идею воспользоваться транспортом он отбросил, потому что, если не набрасывать иллюзию, кто-то рано или поздно обратит внимание на мужика в гриме, а если набрасывать — он может засветиться на камере. Оба варианта — так себе.

Нужно было срочно искать убежище, в котором можно было бы отсидеться пару дней и провести нужные ритуалы.

— Мужик, трубы горят. На бутылку чутка не хватает, — пристал к нему бомжеватого вида охламон. — Займи безвозвратно, а?

Накрех, у которого в карманах новой одежды было шаром покати, хотел было тому ответить, куда идти за безвозвратным займом, но общая побитость жизнью побирушки навела его на мысль:

— Неужели занять некому?

— Один как перст живу, — пустил слезу мужичонка. — Не жизнь — каторга. Одна радость чуток с утра выпить, днем добавить да вечером отполировать, понимаешь?

— Понимаю, как не понять, — участливо сказал Накрех.

К телу он почти приспособился и решил провести более тонкое воздействие. Через заклинание мужичонка считал его уже близким другом и радостно повел к себе в гости, чтобы обмыть дружбу, даже забыв, что обмывать нечем.

В квартире было грязно и вонюче. Накрех решил это в один присест, собрав весь мусор и спалив вместе с хозяином, у которого предварительно изъял ключи от квартиры.