Собиратель стихий. Неодаренный

Вынул меч и ударил того рукоятью в основание черепа. Он тотчас упал, я откинул его от девы, та вжалась в дерево и испуганно на меня смотрела. Ее руки были связаны, и я мечем перерезал веревки.

— Ты в порядке? — спросил я.

Та приблизилась ко мне и посмотрела в глаза.

— Колян! Где ты, твою мать? — послышались крики и к нам вышел один из шайки разбойников. Посмотрев на нас, а затем на лежащего без сознания бугая, рассвирепел. — Какого хрена?!

Я встал в стойку крепко держа меч, как учил Иван. Но уже через секунду понял, как брат меня жалел.

— Черт! — ругнулся я, дрожащими руками держа меч, сдерживая клинок бугая.

Вдруг откуда ни возьмись появился черный туман.

— Беги, — услышал я голос Симона.

— Это твоих рук дело? — подбежал к нему на голос.

— Конечно, — бежали мы прочь.

— Только теперь ни хрена не видно.

— Лучше, чем умереть.

— Здесь ты прав. Подожди! — резко остановился я. — Пока видимость нулевая, может подберемся к цветку?

— А ты знаешь куда идти?

— На земле туман не такой плотный, — я лег плашмя и огляделся.

Из земли стали вырастать лианы, которые пытались меня опутать, но я вырывал их с корнем. Добравшись до болота, встал на ноги и с выдохом, решил пойти вперед. Не успев сделать шаг, меня что-то или кто-то потянул назад, а перед моим носом пролетел заостренный на конце сук.

— Твою мать! — крикнул я.

— Бегите отсюда, — услышал я шепот девушки, но обернувшись никого не увидел.

— Симон! — крикнул я.

— Чего?

— Ты в порядке?

— Ноги связаны.

На голос я дополз до друга и мечем перерезал лианы.

— Пойдем, — неожиданно из темного тумана прилетел сук и порезал мне руку. — Ааааа, точнее бежим! — крикнул я.

Мы ринулись прочь в кромешной темноте. Через пол часа мы выбежали на опушку. Туман рассеялся, а вот, где мы находимся понятия не имели.

— Так… — посмотрел я вокруг, — слушай… А ты случаем там компас в своей сумке не носишь?

— Нет, мне он на кой?

— Жаль… Ладно, идем… Надо до темноты успеть.

— Подожди. Давай хоть руку обработаю.

— Хорошо.

Я сел, облокотившись на дерево и впервые увидел свою окровавленную руку.

— Черт… У меня закончился четырехлистник. Сейчас приду.

— Куда? Потеряешься же!

— Я тут, близко.

Теперь ко мне пришло полное осознание, что без усердной работы над собой в этом мире будет довольно сложно.