Собиратель стихий. Неодаренный

— Здесь ты прав… — успокоился Луцкий.

— Почему вы так не доверяете Льву? — спросил я.

— Во-первых по тому, что он не замешан ни в одном заговоре и на него не ведется охота, — спокойно ответил Филиппов.

— И в его альтруистские мотивы слабо верится, — усмехнулся Луцкий.

— Во-вторых, он скрытный, он открыт только с Вячеславом, который тоже не сильно общительный. Ну и третье, даже, если поверить в его честность с нами и благородные намерения, все же он ментал седьмого уровня… — замялся Филиппов.

— И? — нахмурился я.

— И значит он может в любой момент, — покрутил у виска Луцкий, — и как это отразиться на нас не известно. Может разболтает, может будет использовать информацию против…

— А возможно сможет исползать знания о нас, чтобы затуманить наш разум.

— А такое случалось? — уточнил я.

— Он даже газет не читал, пока лежал в кровати, — закатил глаза Луцкий. — Эх, Леха, Леха.

— Бывали, — сказал Филиппов. — И не раз. Поэтому чем меньше он роется у тебя в голове, тем лучше. Он и сам это понимает, поэтому сильно не пристает.

— Я бы не сказал, — уж слишком он ко мне липнет. Явно что-то ему от меня нужно. А главное при любом удобном случае лезет в голову.

— Ты новенький… — спокойно ответил Филиппов.

— А может, ты его чем-то привлек, — лукаво улыбнулся Луцкий, — ты же у нас такой особенный. Богиня, вон, тебе даровала магию…

— И все же мне не дают покоя два вопроса…

— Какие? — нахмурился Филиппов.

— Что делал вчера на том собрании Столыпин, и что за Иван Абрамович… На это имя была странная реакция у окружающих.

— Ну с первым все просто, — сказал Луцкий. — Отец Антошки имеет обширные связи. Ко многим подлизался. Нет в Новгородской губернии аристократа с кем бы он не был знаком. Видать через сына решили на него воздействовать.

— За то, что не предупредил про Милославского прошу прошения… — сказал Филиппов. — Это приглашения попало мне в руки совершенно случайно, и я решил воспользоваться этим шансом.

— Так кто он? — нахмурившись спросил я.

— Его последний раз видели в десятилетнем возрасте, — сказал Луцкий, — сейчас ему примерно столько же лет, что и тебе.

— В десятилетнем возрасте у него погибли родители и его взял под опеку дядя — граф Стольников. Который тоже стал нелюдимым. Он конечно покидает имение по своим делам, но ни с кем не общается. Вроде к ним ходят проверки. Но слухи ходят разные.

— Например?

— Я не доверяю неподтверждённым суждениям, — сухо сказал Филиппов.