На краю чужого мира

Наверное, если бы Михаил ударил шпагой алого непосредственно в сущность, его бы тоже разорвало, а так он просто заставил духа отпрянуть и вернуться к ловушке. А ведь неплохой доход - шестьсот империков за сокола. Сколько же алый в деньгах выйдет? Не меньше двух тысяч, и не в ассигнациях, а в золоте. Отличное дело можно замутить.

Вполне довольный собой, Михаил потопал дальше, решив для себя, что ещё час, и если ничего не изменится, он развернётся и пойдёт обратно к колодцу.

Тусклый свет впереди он увидел совершенно случайно, решил посидеть и дать глазам немного отдохнуть в полной темноте.

Поэтому, когда он заметил некое сияние дальше в тоннеле, он сначала удивился. До него было далеко, гораздо дальше, чем доставало зрение через артефактные очки. Торопиться он не стал, посидел, как и задумывалось, минут пять с закрытыми глазами, затем вернул артефакт на место, так как без него передвигаться по туннелю либо с лампой, либо на ощупь. Через пару минут он уж медленно крался в сторону света, который теперь виден и в очках, и тут он был куда ярче, даже глаза стали слегка слезиться.

- А что, если? - шепнул Бельский сам себя и стянул с пояса артефакный цилиндр с соколом.

Активировав открытие, он дождался, когда его полупризрачная птичка взлетит и опустится ему на руку. К счастью, зверодух отлично контролировал свои когти и ни разу даже зацепки на рукаве мундира не оставил. А сейчас Михаил вообще в крепком зачарованном плаще.

- Лети вперёд, - нащупав сознание сокола, приказал он, - я должен знать, что там за свет.

Передашь картинку. Понял?

Птица склонила голову на бок, словно раздумывая, стоит ли ей выполнять приказ человека. Потом всё же кивнула и, хлопнув крыльями, рванула вперёд. Сорок метров, оставшихся до свечения, зверодух преодолел за считанные секунды. Мгновение, и он растворился в этом свете.

Прошло секунд десять, и Михаил получил картинку - довольно большой зал, метров сто, не меньше, весь серый, так сокол видит через тьму, никакого свечения. Для разведчика там внутри тьма, вывод? Зверодухи не видят сущности, значит, светятся именно они.

- Назад, - мысленно скомандовал Михаил. - Давай обратно в артефакт.

Не прошло и трёх секунд, как серебристая молния ворвалась в тоннель и приземлилась на брошенную на пол ловушку. Несколько секунд, и птица исчезла, а Михаил, заблокировав контейнер, повесил его себе на бок. Входил в зал он во всеоружии - в правой руке шпага, в левой чёрный болт, вокруг летают полупрозрачные тёмные лоскуты дымчатой брони.