Дельта. Вернувшийся из будущего

Азиатский Дракон надеется, что с помощью своего новейшего вооружения он вырвется вперёд. Но Ли пока не знают, что их оружие бесполезно в Изначальном Мире, оно там просто не работает. После Затмения главным признаком величия рода стали не власть и влияние, а Эвольверы. И кто быстрее это поймёт, тот получит преимущество.

День прошёл максимально скучно и непродуктивно. Делун Ли привёз меня в один из особняков рода Ли, где со мной побеседовали разные люди. Все их вопросы крутились вокруг Думисы и его татуировки. Я отвечал всё по легенде – ничего не знаю, ничего не видел, только слышал его рассказ.

Надеюсь, что Лианг справится с допросом и не выдаст ничего. Мы с ним обсудили перспективы честности – если правительство узнает, что мы крепко связаны с Думисой, нас не отпустят. Заберут в армию, как минимум. А у Лианга мать больная, ему нельзя пропадать.

Пока меня допрашивали, появились новые сведения – ещё один человек стал Эвольвером. Точнее – начал эволюцию. Термин Эвольвер появится позже, если вообще появится в этой жизни.

Прямо во время беседы в комнату забежал запыхавшийся мужик и рявкнул:

— Ещё один! Из Европейского Союза! На этот раз он назвал себя Атомóсом!

Я поморщился из-за неправильного произношения. Áтомос, ударение на первый гласный.

— Кто? — мой собеседник – седой старик с морщинистым лицом – нахмурился.

— Атомос! Он может создавать огонь! Это… Это чудо! — посыльный явно был перевозбуждён.

Я же мысленно подивился тому, как быстро слухи разлетаются. Не прошло и суток, как родился новый Эвольвер.

До старика, наконец-то, дошло, и он вскочил со своего места. Сразу же начал раздавать приказы, требуя, чтобы через час на его столе лежала вся информация об этом… Атаманосе, Атсосе, Асле… В общем, старик ни разу не произнёс термин правильно и умудрился не повториться.

Меня после этого отпустили. Делун довёз до дома, где я оказался в окружении слуг и Мейли.

— Расскажешь, что там было.

Я мысленно застонал. Опять, что ли?

— Да. Пойдём, поедим. За столом расскажу.

Мейли внимательно выслушала меня.

— Как думаешь, сколько ветвей эволюции у человека? — задала она неожиданно глубокомысленный вопрос.

— Не знаю, — я пожал плечами.