Вернуть Боярство 5.

И они выполнят мои требования, никуда не денутся — после проведенной с Зарецким модификации, которая решала главную проблему любого могущественного мага, отдавать его в чьи-либо руки у них явно не имелось желания. Хотя бы банально потому, что на всех желающих сердец необходимой силы и чистоты в мире попросту не найдется. Драконы, лешие и прочие высшие магические создания, что развивались без помощи магии Разлома до высших рангов — огромная редкость... А информацию о правильном ритуале пересадки можно продавать различным Родам за весьма огромные деньги.

Я такое не потяну — если станет ясно, что это мой секрет, меня не убережет ничье покровительство. Похитят и выпытают, если придется... А вот один из сильнейших боярских Родов Империи — другое дело. Так что отказывал я посланцам Шуйских лишь для того, что бы набить цену своему товару.

— Я всё равно отказываюсь, — покачал я головой. — Если бы это было волей лично Второго Императора, это одно дело. Но пока всё, что я вижу — это самостоятельные шевеления его слуг, зарящихся на чужой кусок.

— Вы переоцениваете собственную значимость, как и значимость вашего пленника, если считаете, что посреди войны Павел Александрович будет лично возиться со столь незначительными вопросами, — разом посуровевшим тоном заметил Старший Магистр. — Ваша самонадеянность весьма опасна и вредна... В первую очередь для вас же.

Я вообще-то с его дочкой спал, и более чем уверен, что он тоже в курсе о том, что перерожденный, так что тут ты промахнулся, голубчик.

Лично он ко мне с уговорами, понятно, не кинется, но просто заверить приказ или просьбу о передаче пленника, который может дать возможность взять за яйца Шуйских, он бы не побрезговал. И раз ничего подобного я не получал, то буду считать, что он позволяет мне решить его судьбу самому.

Да и вообще — я из тех, кто скорее извинится за уже сделанное, чем будет просить разрешение на действие.

— Мое мнение не изменилось, господа, — тяжело ответил я, вставая из удобного кресла. — Господин генерал, я вам ещё нужен?

— Да иди уж, упрямый осёл, — вздохнул Багрянин.

Судя по мелькнувшей на миг ухмылке, неудаче теневиков он лично был рад.

— Тогда за сим я откланяюсь, — слегка склонил голову я. — Дел, знаете ли, невпроворот...

И под тройкой неприязненных взглядов я направился на выход. Ну-ну, пяльтесь-пяльтесь... Хер я за так отдам кому-то что-то своё. Не на того напали, я скорее на кал изойду, но отстою своё. Плен Зарецкого для меня значил слишком многое...