Пришествие бога смерти. Том 18

Империи не нужны дорогие технологии, а аристократам нет нужды заморачиваться с калеками. Желающих вступить в гвардию и так хватает, — закивал я.

— Да…

— Живая сила всегда была дешевле роботизированной… — задумался я.

— А? Наверное… — недоумевал блондин. Хм, а я о чём вообще?

— Не знал, что вы разбираетесь в технике. Тогда, может, вас заинтересует моя гордость? — он подошёл к чему-то большому, закрытому тканью, и стянув её, заулыбался как счастливый маленький ребёнок.

Ладно бы это, но он смотрел на трёхметрового, устрашающе выглядящего робота… Широкие плечи, в которые встроены пулемёты, почти плоская голова, мощные руки, что являются многоствольными пулемётами, трёхпалые ноги и тяжёлый бронированный корпус.

Вполне неплохой робот, но…

— А как он управляется? — поинтересовался я, и Иванов вздохнул.

— Никак… Мои люди пришли к выводу, что полноценный искусственный интеллект нам пока недоступен, а его аналоги вроде нейросетей, мало того, что тяжелы в обучении, так и малоэффективны.

— Медленные и глупые, а если использовать дистанционное управление, то легко заглушить сигнал? — предположил я и оказался прав. Так что следующие двадцать минут меня заваливали нытьём по этому поводу. Меня же интересовал один вопрос… Очень сильно интересовал.

— Отличие робота от боевого костюма в том, что в него можно установить более мощный манаректор, барьер и отказаться от гуманоидной формы.

— Те же Вестники погибели византийцев имеют и огромную огневую мощь, и мощные барьеры. И главное. Даже когда их раскурочили до состояния металлолома, пилоты уцелели в своих бронированных кабинах. Ну а то, что люди не будут умирать… — посмотрел я на Ивана. — Сейчас кусок металла, что мы называем боевой костюм, стоит куда дороже человеческой жизни.

— Ещё дороже и многократно защищённее, чем с пилотом внутри, — уточнил Иванов. И, пожалуй, я соглашусь, смысл всё же есть. Но для этого ИИ робота должен превзойти разум человека. Или сравняться…

— А големы? — спросил я, а Иванов вздохнул.

— Пытались, но магические големы тупые, медленные и примитивные.

— А продвинутые? — улыбка сама появилась на моём лице. Иванов же застыл.