Возрождение Феникса. Том 7

Один жандарм уводит Харлама в допросный сектор. Я же со вторым полицаем поднимаюсь на седьмой этаж. Это явно этаж «боссов»: в отделке окружающего VIP-пространства использованы серый дуб, натуральная кожа, анодированный алюминий и прозрачное стекло. За одной из резных дверей меня уже ждет Вринцев Егор Егорыч.

Заметив наручники на моих запястьях, он удовлетворенно кивает:

- Рядовой, свободен, - жандарм, покинув помещение, закрывает за собой дверь тихо, без стука, со всем уважением к высокосидящему, в буквальном смысле слова, начальству.

Я оглядываю просторный кабинет. И не скажешь, что на допрос попал. Спокойные тона и добротная дорогая мебель. Усаживаюсь в кресло, обитое серой кожей.

Молчим и смотрим друг на друга. Вринцеву будто и нечего сказать. Ладно, сыграем в нвинно обиженных.

- Это не похоже на взятие показаний, - звеню браслетами. – Я буду жаловаться своему сюзерену.

- Мне самому неприятно так обходиться с невинным ребенком, - качает головой Вринцев.

- То есть как? – я искренне удивлен. – Это не ваша гениальная идея?

- Какая вам разница? - спрашивает статский советник. – Или вы просто вызнаете имя виновного? – молчу. - Давайте на чистоту. Я знаю, что вы очень умны и талантливы, несмотря на юный возраст. Это настораживает мое руководство.

- Конечно-конечно, - усмехаюсь. – И чем же я так напугал вашего начальника? Тем, что умею решать сканворды без подсказок?

Теперь молчит статский советник.

А дальше происходит то, на что я и рассчитывал. Хаоситы делают первый ход.

У Вринцева на столе звонит телефон. Он, глянув на определитель номера, спешит снять трубку.

- Да, Ваше Превосходительство?

Я уже навострил уши. Морин глушит лишь живу, но никак не магнетизм и силу Префекта.

- Он сейчас у тебя? – спрашивает хриплый голос с рычащими нотками. – Беркутов? В кандалах?

- Да. Доставлен, - Вринцев бросает на меня быстрый взгляд и понижает тон, отвернувшись и прикрыв ладонью губы. – Боюсь, мы не имеем права долго его держать. Нами уже нарушена куча законов о правах дворян. Тем более нельзя игнорировать его связи с Великим Домом Бесоновых.

- Не нужно трепаться, Егор, - рычит начальник. – Это больше не имеет значения. Он – хаосит, диверсант.