Узы крови. Роман Алексея Осадчука

Так что нам пришлось продать все официальному представителю «Янтарной гильдии», дабы не прослыть контрабандистами.

Должен признаться, когда фон Гольц принес мою долю от продажи когтей теневого волка и трех практически пустых крудов, я был впечатлен. А ведь мэтр Жакоб вряд ли дал нам справедливую цену.

Но даже так мои соратники были счастливы. Их доля составила две с лишним сотни крон на брата — это большие деньги.

М-да… Боюсь даже представить, сколько может стоить моя «коллекция» трофеев.

Кстати, уже лейтенант фон Гольц во главе преданных Тассену бойцов из крепостного гарнизона, а также фон Брунон и Видаль отправились в поход.

Они не отказались от идеи вернуться к озеру, чтобы забрать припрятанную нами в овраге тушу теневого волка. Вернее то, что от нее может остаться.

Думаю, со дня на день они уже должны вернуться. И если им удастся привезти трофеи, моя доля там тоже есть.

— Но позвольте, шевалье! — возмутился ростовщик. — В векселе черным по белому указана конкретная сумма!

— Не спорю, — ответил я.

— Но также в нем четко указан срок и место платежа. Полную сумму вы можете востребовать только спустя год с момента составления векселя и только в одном из филиалов банка Краонов.

И он об этом прекрасно знает. Думаю, просто прощупывает почву. Хочет понять, с кем имеет дело. Понимаю…

Теперь, кстати, ясно, почему Молле легко согласился на мои условия при подписании договора купли-продажи. Видимо, он изначально не собирался ждать целый год, да еще и ехать куда-то. Он рассчитывал сразу, пусть и значительно дешевле, продать этот вексель тому же Эрику Жюдору или какому-нибудь другому ростовщику.

Жюдор замолчал, сверля меня задумчивым взглядом. А потом произнес уже нормальным голосом:

— Триста — очень мало.

— Может быть, — пожал плечами я.

— Триста — это почти половина от указанной суммы. Готов снизить до пятисот.

Я склонил голову набок.

— Триста пятьдесят.

Ростовщик покачал головой.

— Мало. Четыреста восемьдесят.

— Война, — напомнил я. — На дорогах бардак. Кроме того, в городах и их окрестностях рыскают банды рекрутеров.

— Ну, какой из меня рекрут, — усмехнулся Жюдор. — Кому я нужен?

— Не забреют в солдаты, так ограбят, — пожал плечами я. — Мало ли, что может произойти в это неспокойное время. Триста семьдесят.

— Давайте округлим до четырех сотен, — предложил Жюдор. — И останемся в хороших отношениях.

Я, задумавшись, помял подбородок, а потом кивнул:

— Согласен. Жду вас завтра в это же время вместе со стряпчим.