Провинциал. Книга 4

Вновь прибывшие втянулись в здание, где размещались представители таможенной службы, вечно-хмурые пограничники и прочие чиновники, контролирующие въезжающих в пределы Российской Империи.

В стихийно образовавшейся очереди к пункту паспортного контроля выделялся рослый красавец, кутающийся в элегантное кашемировое пальто.

Шею его обвивал идеально белый шёлковый шарф, а глаза прятались за моднючими тёмными очками.

Когда подошла его очередь, он положил документы в лоток, встроенный под окошком, за которым сидела усталая девушка в мундире пограничной службы.

— Меня зовут Грин, — сделал многозначительную паузу и продолжил, — Найджел Грин...

Вроде как всё шло по плану. Мы приступили к проведению мероприятий по организации специализированного учебного заведения.

И не просто специализированного, а натурально секретного.

Вчера Алевтина встретила несколько хмурых чиновников и инженеров, представлявших строительную организацию, работающую по заказам того самого ведомства, в штате коего она пока продолжала состоять.

И эти неразговорчивые ребята сразу приступили к осмотру участка, который я выделил под строительство комплекса зданий нашего учебного центра.

Они, кстати, потребовали, чтобы этот комплекс зданий находился рядом с полигоном. Хорошо, что у меня с землёй проблем не было, и я с лёгким сердцем выделил им ещё немалый участок именно для устройства полигона.

Они, изучив выделенный участок, сообщили мне, что их всё устраивает, и пообещали, что котлован для устройства подземных помещений и под закладку фундаментов копать начнут уже чуть ли не завтра.

Я искренне подивился тому, насколько они рьяно взялись за дело. Но, когда Алевтина озвучила мне суммы, которые фигурируют в смете на это строительство я перестал удивляться их расторопности, но зато стал удивляться щедрости финансирования.

Оказывается, у нас возможно всё, было бы только, ради чего. А в нашем конкретном случае представители Империи явно дали понять, что наше начинание для них представляет повышенный интерес.

Что же касаемо Алевтины, то клятву она принесла. Не представляю, как её шеф одобрил эту формулировку, но это, впрочем, теперь исключительно его трудности.

А вот Алевтина стала, фактически моим личным вассалом, а это значит, что интересы службы отныне для неё стоят на втором плане.

Важнейшими же для неё являются, по факту, мои интересы.