Провинциал. Книга 4

И как выработаем компромиссный вариант, я вам его пришлю. Хорошо?

— Договорились, — согласился господин генерал-майор, — у тебя всё?

— Да, файлы я вам все отправила, — подтвердила Алевтина, — теперь будем ждать, что Государь Император нам скажет?

— Да, я запишусь на срочную аудиенцию на завтра, — прокряхтел генерал, — отказать мне не смогут, но нервы, конечно, потреплют изрядно. А сегодня буду рапорт писать на высочайшее имя.

— Удачи вам, — Алевтина слабо улыбнулась, — ну что, отбой?

— Да, отбой, но будь на связи постоянно, — генерал серьёзно посмотрел ей в глаза, — дело принимает нешуточный оборот, а потому и ты будь осторожнее, мало ли что.

— Есть, мой генерал! — девушка поднялась со стула и потянулась к сенсорной панели, — отбой, — и изображение на экране сжалось в точку, словно его втянуло в одну из чёрных космических дыр.

Генерал ещё несколько секунд таращился в погасший экран, продолжая обдумывать услышанное.

После чего, попросил Сергея принести ещё чаю и уткнулся в свой персональный опечатанный терминал, на который и принимал файлы Алевтины.

Генерал занялся составлением рапорта Государю Императору...

Утро застало генерал-майора Пронина в огромном присутственном зале, в котором толпились те, кто испрашивал высочайшей аудиенции. Некоторые добивались этого неделями и месяцами, являясь сюда в присутственные дни, как на службу. Доверия системе электронной регистрации не было никакой, так как слишком многие имели к ней доступ и иногда могли злоупотребить имеющимися возможностями.

И никакие наказания не останавливали недобросовестных чиновников.

Не смотря на то, что он узнал всего час назад о том, что его прошение об аудиенции удовлетворено, мундир его был наглажен, сапоги блестели, а кончики седеющих, но, всё-таки, пышных усов, были лихо закручены вверх.

Вторую половину предыдущего дня он провёл в сражениях с различными церемониймейстерами, секретарями, распорядителями и прочей шушерой, которая искренне считала, что это им решать, кого допустить пред светлые очи монарха, а кому дать от ворот поворот.

Генерал уговаривал, угрожал, топал ногами... Он разнёс к чёртовой матери два дубовых стола, поскольку бил по ним своим кулачищем, совершенно не сдерживаясь.

Но, оно того стоило. Те чиновные суслики, что прятались за этими столами всё-таки осознали, что лучше не высовываться, и хорошо, что пострадали лишь столы.

Столы то пронырливые интенданты и новые спроворят, если что.