Князь Барятинский 6. Рокировка

Встала рядом со мной, протянула бокал с каким-то шипучим напитком. Не шампанское – точно, алкоголь в академии под строжайшим запретом.

— А что – твой кавалер? – спросил я. – На кого бросил даму?

— Я сама от него сбежала.

— И ради этого стоило принимать приглашение? – Я повернулся к Кристине, взял у неё бокал. – Или это была попытка заставить меня позеленеть от злости?

— О, да! Я долго колебалась между Корицким и Юсуповым, — фыркнула Кристина. Посерьёзнела. – На самом деле, я надеялась разговорить Корицкого относительно поединка в Ближнем Кругу.

Глава 3. Часы

Я пожал плечами.

— Сомневаюсь, что помогло бы, но за попытку спасибо. И что же — Корицкий?

— Ничего. Загадочно улыбается. — Кристина помолчала и признала: — Улыбка у него мерзкая.

Я засмеялся и обнял её.

— Лучше не надо, — вздохнула Кристина. — Мы стоим не на виду, но всё равно... Не нужно привлекать лишнее внимание.

— Ладно. — Я с сожалением убрал руку. — Так и быть, подожду до Парижа.

Кристина вспыхнула и отвела взгляд. Пробормотала:

— Не нужно проецировать свои желания на меня, господин Барятинский! Если вы чего-то хотите, это вовсе не означает, что... что...

— О, да, — усмехнулся я. — Это, видимо, проекция прижималась ко мне на аллее. У проекции горели глаза и сбилось дыхание.

— Прекрати! — Кристина смешалась окончательно.

— Хорошо, — сжалился я, — больше не буду.

Услышав про Игру, Кристина тут же прекратила смущаться — как бывало всегда, когда разговор заходил о деле. Строго сказала:

— Кстати, насчёт Игры — точнее, поездки в Париж. Отец просил передать, что завтра ждёт тебя в тайной канцелярии.

— Именно завтра?

— Ну... Он сказал — как только у тебя будет возможность. Но ведь эта возможность не появится раньше, чем завтра? Сегодня уже поздно.

— Насколько я знаю господина Витмана, «уже поздно» — не про него, — пробормотал я. — Наверняка торчит на работе... — Решение принял мгновенно. Жизнь определенно налаживалась — появился повод не торчать больше на балу. — Побегу. Не скучай, милая, — я поцеловал Кристину в щеку, втиснул в её ладонь бокал и одним прыжком перемахнул садовую скамейку, возле которой мы стояли.

— Нахал! — только и сумела выдохнуть мне вслед Кристина.