Возрождение Феникса. Том 1

- Бабушка, он заслужил, - заявляет княжна, нисколько не сомневаясь в своей правоте.

- Твоего бескультурья? И чем же?

– Эм…Он заявил, что написал тридцать тысяч картин.

Тишина. Это она зря, конечно. Лучше бы сказала, что просто не успела и побежала за своими художниками.

- Анфиса, представься перед молодым человеком как подобает княжне. – Совсем не ласковым тоном говорит княгиня.

Княжна морщит нежное лицо, пользуясь тем, что бабушка незрячая.

- Анфиса Аркадьевна Волконская, - безрадостно сообщает она, видимо, мне.

- Очень рад знакомству, Ваше Сиятельство, - дарю вежливую улыбку, чем вызываю зубовный скрежет в ее розовом ротике.

- Садись, внучка, - разрешает княгиня. Вслед за княжной, я тоже занимаю свое место. – Фиса, молодой Беркутов сегодня оценил твою картину.

- Которую? – ох, ну злой же взгляд.

- Которая «Березовая опушка». Очень интересно оценил. Он считает, что твоим работам не хватает терпения и опыта.

- И почему я не удивлена? - Еще немного, и у княжны из ноздрей брызнет пар. Будет настоящая дракониха.

- Верно, средняя школа, последний класс, - киваю.

- Ага. Очень интересно, младше меня минимум на год, а учите писать картины? – ее звонкий голосок сочится ядом.

- Ни в коей мере. Просто высказал свою точку зрения, - пожимаю плечами.

- Значит, вы знаток живописи? – продолжает наседать красивая «мегера». Ее голая точеная шея напрягается.

- Я плохо осведомлен об истории любого искусства, - делаю чистосердечное признание. – Не знаю ни известных художников, ни их работ.

Людмила пораженно округляет глазки. Княгиня Галина улыбается крепкими белыми зубами. Для этой старушки я настоящий аттракцион, и она развлекается, как может, подогревая задор внучки.

- О, конечно! – Анфиса язвительно поднимает русую бровь. – Понимаю. Тридцать тысяч картин требуют всего вашего времени. Некогда даже насладиться Перовым, Делакруа или Брюлловым. Печальная жизнь.

- Не такая уж. Ведь есть время насладиться беседой с вами, - я держусь вежливого тона. Тем более, что он очень забавно злит княжну.

Людмила ловит каждое мое слово, остроумие, хладнокровие, равнодушные ответы. Всё это цепляет барышню.

Старушка молча пьет чай, Клава салфеткой вытирает своей госпоже подбородок.

- А сами вы пишите, надо думать, лучше меня? – Анфиса совершает новый нападок.

- Я лишь знаю, что умею держать кисть.

- Что ж, тогда вызываю вас на дуэль. Согласны посоревноваться со мной в живописи?

«И почему ее так это волнует? - отпиваю я чай.