Династия. Бастард

— Мы с его сиятельством заключили дружеское пари, только и всего.

— Дружеское? Мы с тобой не друзья, Сашок.

— Но и не враги. Просто соперники. Или ты считаешь иначе?

— Может быть. До этого дня ты был для меня вообще никем, — ухмыляется Андрей.

Неплохо. Значит, мой статус в глазах Жарова так или иначе приподнялся. Хотя бы тем, что я посмел бросить ему вызов.

— Начнём урок, господа, — строго говорит учитель. — Прошу занять свои места.

Мы с Жаровым одновременно отпускаем ладони друг друга. Я прохожу за дальний стол, сажусь и смотрю на преподавателя.

А, вспомнил.

— Владимир Анатольевич, у меня есть просьба.

Учитель тоже дворянин, пускай у него нет ни титула, ни земель. А пока мы в школе, его статус считается выше нашего. Ученик обязан кланяться и подчиняться, даже если в нём течёт императорская кровь.

— Слушаю, господин Грозин.

— Мы с Андреем поспорили, кто больше заработает баллов на уроке. Не могли бы вы предоставить нам равные по сложности задания, чтобы мы могли устроить справедливое соревнование?

— Никаких проблем, — пожимает плечами учитель.

— Уравнение, содержащее неизвестное под знаком тригонометрической функции.

— Плюс один балл. А что такое тригонометрическая функция?

На этот вопрос я также отвечаю успешно и зарабатываю ещё один балл. Приходится слегка напрячься, но до меня Александр был неплохим учеником. Не отличником, но твёрдым хорошистом.

Хорошистом Александр был условно. Потому что в этой школе нет пятибалльной системы. Здесь за каждый правильный ответ и выполненное задание начисляются баллы, а в конце семестра оценивается их общее количество. За ошибки баллы не снимаются, просто не добавляются.

Отличная система, как мне кажется. Не позволяет ученикам скатиться в болото двоек и не даёт зацикливаться на неудачах.

Жаров тоже получает свою пару вопросов и отвечает верно.

— Хорошо, господа, — говорит Владимир Анатольевич. — Мы начнём разбирать новую тему, и вы поможете нам с этим. А в конце урока выполните несколько упражнений у доски. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы закончить ваше состязание?

— Конечно, господин учитель, — отвечаю я.

— Только дайте нам упражнения посложнее! — восклицает Жаров.

Он не боится проиграть, и мне это нравится. Соревноваться с тем, кто заранее сдался, нет никакого смысла.