Род Корневых будет жить! Том 4

– Где он лежит?

Я сначала охренел слегка от такого заявления, но потом вспомнил о заговоре слуг и мне даже стало интересно, сможет ли Матрёна войти в кабинет. А если войдёт, сможет ли открыть ящик стола?

Я нарочно не стал объяснять, что дверь нужно напитать ци, а ящик стола имеет хитрый замок. Просто сказал:

– В кабинете в ящике стола лежит красный камень, принеси его.

– Сейчас! – ответила Матрёна и выпорхнула из комнаты.

А я посмотрел на Полину, прижавшую кулачки к груди и смотрящую на меня с жалостью.

– Ты какими судьбами здесь? – спросил я у неё.

– А я и поехала, – объяснила девушка. – Только мы мимо твоего дома проезжали. А на дороге следы битвы. Я сразу подумала… Я испугалась, что… Ну, ты же помнишь, про тех всадников? Ну, которые нас в прошлый раз догнали…

– Помню, – кивнул я.

Ещё бы мне их не помнить!

Но те всадники не пытались нас убить. Задержать – возможно. Напугать – вполне вероятно! Но они не нападали, и мы с ними довольно быстро разошлись.

Те же, которые напали на меня сегодня, имели явную цель убить меня.

– Мы чем-то помочь можем? – спросила Марта.

Вообще она выглядела получше, чем вчера.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил я.

– Ты что-то сделал с моей культивацией? – спросила в ответ Марта.

– Немного поправил основание, – не стал отрицать я.

– Ничего себе немного! Да у меня сил у здоровой столько не было! – воскликнула Марта, а Полина с удивлением посмотрела на неё.

– Так у тебя что, нет учителя? Если до сих пор никто не помогал с основанием?

Марта покачала головой.

Глеб с Данилой во все глаза смотрели на девчонок и ловили каждое слово. Это понятно. Ни у того, ни у другого силы не было. И мы для них были как небожители. Хотя Даниле вчера это не помешало приревновать меня к Марте.

Кстати, по тому, как Данила смотрел на Марту, я понял, что он с ней так ещё и не поговорил.

Ну что ж, дотянет, что кто-нибудь уведёт девку!

А Полина тем временем продолжала расспрашивать Марту:

– Как же ты культивируешь свою ци?

– По-разному, – ответила Марта, и я понял, что она девушка гордая, и никогда сама не попросит о помощи.

Меня снова начала мучить совесть, за оставленную в теле Марты золотую ци. Но пока я был не в состоянии позаботиться об этом. Пока нужно со своей ци разобраться.

Я хоть и разговаривал с друзьями, но в фоновом режиме продолжал гонять ци, заставлял её двигаться. Потому что опасался, что если прекращу это делать, то ци загустеет ещё сильнее.